Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 120 – Вера Анмут

Берхард и Густав домчались до поля сражения и, обнажив мечи, ворвались в шумную толпу дерущихся воинов. Переживания Берхарда из-за ослушания моментально переросли в азарт битвы. Юноша слился с этой людской массой в одно целое, его голос влился в один общий шум.

Однако участие братьев в битве было недолгим. Берхард старался не терять из виду Густава. И правильно. Въехав вглубь толпы, Густав, тут же начал атаковать врага, щедро раздавая удары своим мечом. Убив одного противника, молодой воин почувствовал себя героем. Он огляделся полным гордости взором, да только окружающим было не до него. Вдруг Густав почувствовал сильный удар, опустившийся на его голову. Шлем сильно помялся, но удар выдержал. Ошеломлённый Густав не ожидал такого внезапного нападения. Он повернулся и заметил, как вражеский меч вновь падает на него. Дыхание перехватило. Густав едва успел отклониться, и удар меча пришёлся на ногу. Острая боль, казалось, пронзила всё тело. На какое-то мгновение юноша испытал страх, но это трусливое чувство быстро сменилось такой неистовой яростью, что даже в глазах потемнело. С диким криком Густав направил свой меч на неприятеля, однако пронзил лишь воздух. А над головой снова навис удар врага, но юноша, внезапно ослабевший, его уже не видел. Он уже вообще ничего не видел и не слышал, ощущая лишь, как проваливается в пустоту.

Берхард заметил всё это и, повернув коня, поспешил брату на помощь. Вот только пробиться сквозь воюющую толпу нелегко, и он не успел бы, этот бой поставил бы точку в жизни Густава, если бы не рыцарь в зелёном плаще, который булавой вышиб меч из руки неприятеля. А следующий мощный удар булавы разбил врагу голову, и тот тяжело упал со своего коня под копыта взбешённых лошадей.

Берхард подъехал к брату в момент, когда тот едва не выпал из седла.

— Необходимо срочно вывести его отсюда, – обратился Берхард к спасителю, удерживая Густава в седле. – Вы спасли жизнь моему брату, прошу вас, помогите ему ещё немного.

— Ваш брат ранен, – ответил рыцарь, – безусловно, его нужно уводить. Поезжайте вон туда, я прикрою ваши спины.

Берхард поблагодарил рыцаря и, держа под уздцы коня брата, поспешил покинуть поле сражения. Находясь без сознания, Густав буквально лежал на седле, и если бы не поддержка Берхарда, то давно упал бы. Тело несчастного юноши уже затряслось в судорогах – начался приступ болезни. Берхард старался быстрее добраться до пролеска, где можно было бы укрыться в зарослях.

Вскоре рыцарь в зелёном плаще нагнал их и остановил. Не говоря ни слова, он снял с головы Густава помятый шлем, отбросил в сторону, и одним сильным движением перекинул обмякшее тело юноши на своего коня.

— Что с ним? – спросил он, заметив, что Густава трясло, словно в лихорадке.

— Приступ падучей, – коротко ответил Берхард.

— Это плохо.

— Прошу вас назвать ваше имя, благородный рыцарь, чтобы я знал за кого возносить мои благодарные молитвы.

— Гернот Боргардт, – представился рыцарь и снял свой шлем. – Нам нужно спешить.

Имя и лицо воина Берхарду показались знакомыми, но память за четыре года стёрла многое, в том числе и образ клеветника, который пытался очернить его перед отцом.

А Гернот был очень доволен. Обстоятельства складывались для него невероятно удачно. «Теперь я смогу получить награду не только от ландграфини, – радовался он, – но и от ландграфа, за то, что спас жизнь его младшего сына. Конечно, если ландграф выиграет битву. Наконец, я стану богатым и свободным. Свободным. И мы с Ханной уедем отсюда». Ещё немного осталось до мечты. Сейчас они заедут за кустарник, и дело будет сделано.