Книга Тлеющие осколки разбитых надежд, страница 42 – Бусинка Кошковская

— Не волнуйся только, ma cheré Дарьюшка. Его просто ранение вновь забеспокоило… — Болконская тяжело вздохнула. — Я дала ему отвар, который снимает боль, после чего он уснул.

— Дарья Алексеевна, вы приехали наконец! Я так ждал вас! — кричал на весь дом Николушка и бежал к ней.

— Ах, Николенька, милый… Как я соскучилась по тебе! — она нагнулась к мальчику и, с любовью, крепко заключила его в свои объятия.

— Я тоже скучал по вам, — он, своими маленькими ручонками, обнял княжну, — И мой батюшка по вам скучал очень. Ежели бы он только знал, что вы сегодня приедете, то ни за что на свете не пошёл бы спать!

— Ничего страшного, ведь Андрею Николаевичу нужно больше отдыхать, а завтра мы с ним увидимся, — говорила княжна и целовала Николая в лоб.

— Николенька, тебе тоже уже пора спать, — вмешалась Марья.

— Только ежели Дарья Алексеевна посидит со мною.

— Конечно, милый, только коли ты болтать не станешь со мною.

— Не стану! — громко сказал Николенька, а потом прошептал: — Я только один вопрос вам задам, весьма важный.

— Хорошо, пойдём, — она ласково улыбнулась, взяла мальчика за руку и повела его в комнату.

Наконец Дарья была «дома», а завтра, спустя почти месяц разлуки, она увидит князя Андрея, который больше всех ждал её.

Часть II. Глава XI.

* * *

Позднее утро, ближе к обеду. Погода была весьма тёплая, также солнечная. Деревья в богучаровском саду слегка покачивались от небольшого ветерка, нежные лепестки цветущей растительности были разбросаны природой повсюду, весь сад был заполнен цветами — они были и над головой, и под ногами. Болконский и Кибакова вместе гуляли по цветущему саду — княжна Дарья поддерживала под руку ослабевшего князя Андрея, которому после ранения было ещё тяжело ходить без чьей-либо помощи.

«Наконец-то мы снова можем побыть наедине и погулять вместе», — восторженно произнесла княжна ещё в начале прогулки, в ответ на что Андрей, чуть улыбаясь, кивнул.

Сегодня утром князь был счастлив, когда после разлуки, которая казалась вечной, увидел её и узнал, что она приехала ещё вчера вечером, когда он уже спал.

Андрей и Дарья, после его возвращения из-за границы и до её отъезда на целый месяц, часто гуляли вместе и обычно о чём-то беседовали, но сейчас между ними повисло какое-то неловкое молчание, никто из них не мог подобрать слов, дабы сказать друг другу. Они просто молча шли, княжна глядела вперёд и иногда поглядывала на князя Андрея, которого она, можно сказать, вела, крепко и осторожно, придерживая его за руку. Сам князь не поднимал своего взгляда с земли, он, с какой-то тоскою, глядел на перемешавшиеся между собой весенние цветы и осенние листья, что были под ногами его самого и его спутницы.

Кое-что со стороны князя Андрея до сих пор оставалось недосказанным и так продолжаться больше не могло. Хотя со стороны княжны тоже было что-то недосказано, что-то важное, но то, что она боялась сказать.

Весь сад был полностью окутан тишиной и покоем, который сейчас был так нужен гуляющей паре, — даже птицы не пели, лишь было слышно, как ветки деревьев чуть шевелятся от ветра и прошлогодняя листва шелестит под ногами. Через какое-то время князь Андрей наконец нарушил эту тишину.

— Даша, давай присядем, — тихо произнёс он, указывая на старую деревянную скамью, что была между двумя берёзками.