Книга Генрих VIII и шесть его жен. Автобиография Генриха VIII с комментариями его шута Уилла Сомерса, страница 194 – Маргарет Джордж

— Нас приветствуют, – сказал я. – Как любезно, учитывая, что мы играем роли чужеземцев.

Я окинул взглядом лица моих спутников. Сумрак, озаряемый лишь луной да льющимся из дворцовых окон светом, скрадывал их черты.

— Надеюсь, вы все говорите по-французски?

Они кивнули, не слишком дружно.

— Вот и славно, ведь нам придется изображать заблудившихся французских пастухов. Вперед, друзья.

Я провел их к массивной двери и постучал. Нам тут же открыли. Привратник вытаращил глаза, притворно изумляясь при виде наших нарядов.

— Где ваш господин? – требовательно спросил я на утонченном французском.

Чей-то голос быстренько перевел слуге мой вопрос. Он поклонился и жестом пригласил нас следовать за ним.

Дворец освещался ярче, чем казалось снаружи. Перед нами простирались длинные столы, накрытые для пиршества. В огромном камине потрескивали дрова, и зал гудел от голосов, однако при нашем появлении они постепенно затихли.

Подскочивший к нам распорядитель поинтересовался причиной нашего прихода. Играя свою роль, я ответил по-французски. Тогда он недоуменно развел руками и повернулся к своему господину. Уолси сидел под балдахином в роскошной красной мантии. Завидев нас, он поднялся с массивного резного кресла и вразвалочку двинулся вперед. Атласные одежды скрывали его походку – казалось, он тихо плывет к нам.

— Чужеземцы?! – воскликнул он. – Как вы попали сюда?

Я ответил по-французски, на что он огорченно всплеснул руками, словно признаваясь в плохом знании сего языка.

— Заблудившиеся французы! Пастухи! – многозначительно объявил он гостям. – Мы враждуем с их королем, но должны оказать им гостеприимство.

И кардинал радушно усадил нас за один из длинных столов.

Задолго до его любезного приглашения я успел мельком оглядеть собравшихся. Здесь ли Анна? Мне не удалось отыскать ее.

В Хэмптон-корте я отведал разных деликатесов, и эту трапезу впоследствии описывали как «великолепную и блестящую». Таковой она, очевидно, и была, учитывая сверкание серебра и золота и изобилие отменных блюд. Но я ничего вокруг не замечал, поскольку мне не терпелось выяснить, присутствует ли среди гостей одна особа. Что мне в изысканных яствах или драгоценных приборах и кубках? За пятнадцать лет я успел привыкнуть к ним!

Пиршество подошло к концу, начались увеселения. Нам показали костюмированные пантомимы, а затем всем желающим предложили сразиться в шаффлборд^[63] и нодди^[64]. Нам волей-неволей пришлось обойти все столы, играя с гостями за счет Уолси. Он расставил повсюду чаши с дукатами. И за каждым игровым столом я безуспешно искал госпожу Анну.

Наконец по распоряжению кардинала трубач подал сигнал окончания игр.

— Я готов вновь занять место в кресле под балдахином, – заявил Уолси, присобирая складки блестящей атласной мантии. – Но по моим догадкам, среди нас есть персона, имеющая больше прав на столь высокое положение. Прошу вас, господа, если вы знаете этого человека, то укажите мне его, дабы я мог воздать ему должные почести.

Что за глупые игры! Как они мне надоели. Честно говоря, я уже изнывал от скуки.

— Да, господин, – ответил записной придворный льстец Генри Куртене, – мы признаем, что к нам по пути присоединился один знатный вельможа… И если вы сумеете узнать его, то он с удовольствием откроет свое лицо и примет ваше почтительное предложение.