Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 115 – Мария Архангельская

Что ж, значит, придётся смириться с риском быть узнанным. Что он, в конце концов, не мужчина?

Ярко освещённый зал, казалось, оглушал запахом благовоний, музыкой и смехом. Гусунь замер на пороге, привыкая к ярким краскам, бьющей в глаза роскоши и густому сладкому аромату. Линшань, конечно, был богатым орденом, однако его богатство, хоть и чувствовалось, но не бросалось в глаза. Если речь не шла о мастере Хэн Линьсюане, но даже его жилище, самое роскошное во всем ордене, выглядело куда сдержаннее. И тем более до всего этого было далеко тому дому, где вырос Гусунь. Даже в тех редких случаях, когда сын кухарки попадал в господские комнаты, он не видел и половины такого буйства.

Решительно подавив чувство своей неуместности в роскошной обстановке, Гусунь повернулся к стоящему у входа слуге. Тот глянул на него безо всякого интереса, не пытаясь, впрочем, прогнать. Но, услышав бравое «я к госпоже Цзиньшао», моргнул и окинул юношу ещё одним, слегка удивлённым взглядом.

— Так это ты? Ну… проходи. Я провожу.

Они быстро прошли через почти заполненный зал и поднялись по лестнице сперва на галерею, а потом провожатый свернул в боковой коридор. Там остановился у одной из дверей почти в самом конце, и постучал:

— Сестрица Цзиньшао, к тебе пришли!

— Пусть войдёт, — отозвался изнутри женский голос.

Слуга отодвинул створку, кивнул Гусуню и сразу же ушёл. Молодой человек перешагнул порог, чтобы оказаться в достаточно просто обставленной комнате. Непривычно широкая кровать, столик, сундук и ещё один столик с зеркалом в углу составляли всю её обстановку. Сидевшая у туалетного столика женщина отвернулась от бронзового зеркала и улыбнулась ему:

— Так это ты — И Гусунь?

— Я, госпожа Цзиньшао.

— Какая я тебе госпожа? — рассмеялась женщина, легко поднимаясь с места. — Зови меня сестрица Шао.

Вблизи было видно, что она уже немолода — слой пудры не мог скрыть морщинки у глаз и рта, да и вообще её кожа оказалась небезупречна. Но взгляд Гусуня прикипел к полной груди, виднеющейся в низком вырезе платья. Он и не знал, что платья могут быть такими открытыми, так что лента, которая должна была его поддерживать, оказалась практически под полушариями.

— А ты — Сяо Сунь, можно тебя так называть? Ты хорошенький, мне нравишься.

Гусунь почувствовал, что краснеет, и разозлился на себя за это. Цзиньшао потрепала его по щеке, подошла к кровати и опустилась на край.

— Ну, что же ты стоишь? — она похлопала ладонью рядом. — Иди сюда.

Гусунь подошёл и сел, не зная, что дальше. Сразу начать её раздевать как-то неловко, а что говорить, он не знал.

— В первый раз сегодня? — с улыбкой спросила Цзиньшао. Гусунь кивнул.

— О, я знаю, что делать! — она с улыбкой подняла палец. — За это надо выпить! Подожди минуту, я принесу.

Гусунь снова кивнул, скорее машинально. Хотя почему бы и нет? С вином всё действительно становится проще. Женщина поднялась и выскользнула из комнаты, на пороге обернувшись и одарив его ещё одной улыбкой.

— Ох, мастер Хэн, эта ничтожная просит прощения! — донеслось в следующий миг из-за оставшейся приоткрытой двери.

— Ничего страшного, — отозвался знакомый голос. — Бывает.

Ну, надо же! Не зря он мастера Хэна уже несколько раз за вечер вспоминал — как говориться, помянешь демона, а он уж тут как тут. Занятно, что они будут заниматься одним и тем же совсем рядом друг с другом. Тем временем в щели между створкой и косяком мелькнули светло-зелёные одежды Хэн Линьсюаня, а следом — тускло-коричневые идущего за ним человека. Гусунь нахмурился. Показалось — или спутником мастера Хэна был мужчина?