Книга Ведьмины камни, страница 295 – Елизавета Дворецкая

— Вот и хорошо. И наконец-то мы ему отомстим.

— Хельга, что ты затеяла? – Хедин взял ее за руку. – Да, со шкурами у тебя в тот раз ловко получилось, но… не думаешь же ты, что одна молодая женщина сможет одолеть целое войско наемников!

— И никто не подумает. Однако опасности непредвиденные часто приносят больше вреда, чем явные угрозы.

— Но Хельга, сейчас не время для шуток!

— Послушай, когда ты собирался увезти Эльвёр, разве я клевала тебя голову и твердила, что время неподходящее?

— Нет. Но…

— Ну а теперь ты не мешай. Ты ведь тогда обещал мне любую помощь?

И Хедин сдался. С прошлой зимы, когда он застал свою младшую сестру у Сванхейд такой взрослой, после случая с белыми шкурами, ее замужества и вдовства он совсем перестал видеть в ней девочку – теперь это была женщина, способная удивить.

Небольшое войско в лодьях и лодках двигалось вверх по Мерянской реке, на восток. Эйрик не проявлял никаких признаков беспокойства, и, глядя на него, невольно думалось, что у него есть в запасе некое волшебное средство поправить дела, если уж все прочие, обычные средства, не помогут. Помня, что ей говорил о нем Ульв Белый, Хельга думала, что это впечатление не так уж и обманчиво.

У нее тоже имелось в запасе тайное средство. Вероятно, Эйрик об этом догадывался, но не пытался ее расспрашивать. Только бы не оказалось поздно! Разведчики передавали, что на волоке все по-прежнему: варяги держат заставы на востоке и на западе, но не двигаются с места. Теперь уже было ясно, что варяги не намерены вливаться в войско Ингвара, по крайней мере, добровольно, иначе они уже были бы под Силверволлом. Однако прошли почти три недели – терпение Ингвара уже могло истощиться, и с каждым днем опасность, что ему надоест ждать, все увеличивалась.

Сидя на корме Эйриковой лодьи, продвигаясь то на веслах, то под парусом, Хельга терзалась тревогой и нетерпением и все думала: стоило ли ей выжидать два месяца? Может быть, следовало поговорить с отцом и Эйриком сразу, как ее привезли обратно в Силверволл, и те могли бы давным-давно затеять переговоры с Эскилем? Но в то время к этому был не готов сам Эскиль. У него имелась какая-то тайна, не позволявшая уверенно строить замыслы на будущее. День ото дня в Хельге крепло подозрение: Ингвар и был тем, кого Эскиль ждал. Ожидаемый приход киевского князя и был той тайной, которую Эскиль отказался ей открыть, которую, по его словам, среди варягов знали только трое: он, Хамаль и Гримар. Стало быть, верны догадки, что Ингвар и прислал сюда варягов.

Но если так, то чего они теперь ждут? Почему не идут на Силверволл, объединившись? Может быть, она уже сумела повлиять на Эскиля, отвратив его от союза с Ингваром?

А если ничего не выйдет, если варяги объединятся с Ингваром и он попытается вновь покорить Мерямаа, то о примирении даже думать не стоит. Сначала будет большая война, и от нынешней Мерямаа мало что останется. Сердце холодело и обрывалось от мысли, что эта война первым делом поглотит всех, кто ей дорог: Эйрика, отца, братьев. И Эскиля, скорее всего, тоже. Тот союз, к которому они стремятся, станет невозможным. Чтобы он стал возможен, нужно успеть вырвать варягов из рук Ингвара.

Дней через пять-шесть дружина Эйрика достигла устья Мологи. Здесь Эйрик предполагал еще на какое-то время остановится для сбора войска, чтобы потом, усилившись, передвинуться еще на несколько переходов. Но Хельга знала, что не может больше ждать. Что-то подсказывало ей: счет пошел на дни.