Книга Ведьмины камни, страница 146 – Елизавета Дворецкая

— Вам бы лучше в избу пойти, – решила она, когда девушки вернулись из бани. – Теплее у нас, в погосте-то нетоплено, почитай, уж год. Небось и крыша прохудивши. Пусть отроки ваши там, а ты с братом у нас ложитесь.

— Вот эта девушка тоже со мной. – Хельга показала на Эльвёр и взяла ее за руку.

— Это челядинка твоя? Да мы уж сами устроим…

— Это моя невеста, – сказал Хедин и тоже взял Эльвёр за руку. Он не мог допустить, чтобы в доме знатного человека ее сочли челядинкой или пленницей – это роняло честь его будущей жены. – Она будет с нами, или мы будем с ней.

— Невеста? – Творяна с любопытством округлила свои голубые глаза под рыжеватыми бровями. – Где ж ты ее высватавше?

— В Хольмгарде.

— Чьих же она? Русинов ваших?

— Русинов, но она говорит по-славянски намного лучше нас с Хельгой!

Выросшая в Альдейгье, где много славян и чудинов, Эльвёр хорошо знала славянский язык и немного – чудской, что пригодится ей и в Мерямаа.

— Чья же она дочь? – удивился Несвет, когда они все перешли в его избу и Творяна доложила, мол, говорят, невеста! – Кто же из родни с ней? Может, я кого знаю?

У славян было в обычае, что невесту перевозят в дом жениха, а уж там играют свадьбу. Но никогда и никакую порядочную невесту не отправят одну – при ней всегда будет целая дружина из мужской и женской родни, кто будет оберегать ее по дороге и следить, чтобы все обряды, вводящие ее в новый дом, были проведены правильно и духи дома – чуры – приняли бы ее как свою.

— Она сирота, – сдержанно сказал Хедин. – Кто был из ближиков, с теми дома простилась.

— Ой, парень! – Несвет вгляделся в лицо Эльвёр с опущенными глазами, потом прищурился на Хедина. – Ты мне-то баек не сказывай! Ты ж умыкнул ее!

— А хоть бы и так. Когда девушка согласна, можно и так жениться…

— Убегом! – шепотом подсказала Эльвёр нужное слово.

— А девушка согласна? – Несвет прищурился теперь на нее.

— Я по своей воле с ним уехала, – по-славянски подтвердила Эльвёр. – Ты, боярин, не беспокойся.

Несвет еще раз вгляделся в ее лицо и нахмурился. Эльвёр отвернулась.

После ужина уставшие девушки забрались на полати и накрылись белой шкурой. Сквозь сон они слышали, как мужчины еще долго говорили у печи: Несвет расспрашивал Хедина о двух годах в Ингваровой дружине, о Киеве, о походе на Дунай. Хедин умолчал о попытке Эскиля похитить Хельгу – об этом Несвету незачем знать, – но обо всем прочем рассказывал честно. Видел, с каким напряженным вниманием его слушает Несвет. Как ни далеко был отсюда широкий зеленый Дунай, события того летнего утра, когда навстречу Ингвару с его войском вышли посланцы Романа цесаря, многое меняли в этих заснеженных лесах на краю света.

— Так Ингвар одолел? – не раз и не два переспрашивал Несвет, уясняя себе эту мысль со всех сторон. – Греков одолел? Кияне ему покорны? В Хольмгарде тоже все смирны? И что же – войско распустил?

— Войско еще не распустил, отправил на зиму по землям стоять. Новым летом приедут к нему опять греки договор крепить, если все сладится…

— Что тогда?

— Не знаю.

— А я знаю. На новое лето он с тем войском здесь будет. Греков усмирил – чего же мерю не усмирить? Кто такой Эйрик против Романа цесаря? Вы-то что делать будете? Копья да топоры ковать?

— Как Эйрик решит. Он – наш князь, как скажет, так и будет. Мы – его родичи, его судьба нашей будет. А ты? – чуть помедлив, все же спросил Хедин. – Ты-то с кем будешь?