Книга Эпический матч, страница 23 – Роберт Фадер

— Это кто? — тихо спросил Роберто.

— Тигр, — ответил Луис.

— Это я вижу.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Потому что он смотрит на меня так, будто оценивает мою философскую пригодность.

Бонбиби услышала и слегка улыбнулась.

— Он не нападает на тех, кто ещё способен учиться.

— Очень утешительно, — сказал Роберто.

Игроки из Бангладеш вышли на поле.

И почти сразу стало ясно: Роберто не преувеличивал.

Они действительно умели играть.

Мяч пошёл по земле быстро и точно. Один игрок принимал передачу так мягко, будто мяч сам хотел остаться у его ноги. Другой уходил от соперника коротким движением корпуса. Третий бил с такой резкостью, что Луис, стоявший в воротах для проверки, успел только моргнуть.

Мяч влетел в сетку.

— Ничего себе, — сказал Луис.

— Я же говорил, — заметил Роберто.

— Ты говорил, что они хороши.

— А надо было сказать, что они могут тебя унизить за три касания?

Игроки играли с азартом, радостью и удивительной скоростью. Они смеялись, подсказывали друг другу, обнимались после удачных передач, спорили после промахов и снова бросались к мячу так, будто поле было не тренировочной площадкой, а самой жизнью.

Но через десять минут обнаружилась проблема.

Очень серьёзная.

Каждый из них хотел быть нападающим.

Не просто нападающим.

Каждый хотел быть тем самым гением, который берёт мяч в центре поля, обводит всех, проходит сквозь защиту, заставляет вратаря потерять веру в профессию и забивает гол, после которого весь мир падает на колени перед искусством футболиста.

Один из игроков взял мяч, опустил голову и пошёл в дриблинг.

— Передай! — крикнул Роберто.

Игрок не передал.

Он обвёл одного партнёра, второго, третьего, потом самого себя, потом поскользнулся и упал.

Другой тут же поднял мяч и сделал то же самое.

Третий увидел это и решил доказать, что способен сделать то же самое, но красивее.

Через несколько минут вся тренировка превратилась в фестиваль личного героизма.

— Они вообще видят друг друга? — спросил Луис.

— Видят, — сказал Роберто. — Но как препятствия на пути к славе.

Один из игроков с сияющими глазами подбежал к Луису и что-то быстро сказал на своём языке. Остальные закивали.

Бонбиби перевела:

— Он говорит, что хочет играть в атаке.

— Понятно, — сказал Луис.

Второй игрок поднял руку и тоже что-то сказал.

— Он тоже хочет играть в атаке, — перевела Бонбиби.

Третий сказал ещё громче.

— И он.

Четвёртый добавил целую речь.

Бонбиби посмотрела на Наташу.

— Он говорит, что его душа родилась для последнего паса самому себе.

Роберто закрыл глаза.

— Это уже философия катастрофы.

Пятый игрок показал на небо, на мяч, на сердце и произнёс имя, которое Наташа поняла без перевода:

— Марадона.

Остальные сразу оживились.

— Марадона! — повторили они.

— Марадона!

— Марадона!

Луис поднял руку.

— Я уважаю это. Очень уважаю. Но если вся команда будет играть как Марадона, у нас получится не сборная, а очередь в личную легенду.

Бонбиби перевела.

Игроки внимательно выслушали.

Потом один из них улыбнулся и что-то ответил.

Бонбиби посмотрела на Луиса.

— Он говорит, что готов быть Марадоной первым.

Луис сел на траву.

— Отлично. Мы обречены красиво.

Наташа всё это время стояла рядом с Бонбиби и пыталась сохранять величие. Она говорила спокойно, Бонбиби переводила, игроки кивали, потом снова хватали мяч и пытались стать Марадоной.