Книга На переломе веков, страница 67 – Алексей Фирсов

В кабинете повисла звенящая тишина.

Я смотрела на него, пытаясь осознать услышанное. Мой бывший любовник. Мужчина, с которым мы когда-то сгорали в пламени безумной страсти. Пришел ко мне, чтобы просить меня сосватать ему мою двадцатилетнюю племянницу из Сибири.

Тишину разорвал мой смех. Я просто не смогла сдержаться. Я хохотала так, что на глазах выступили слезы, откинувшись на спинку кресла и прижимая ко рту батистовый платок.

— Анна, умоляю, не издевайтесь, — взмолился Строганов, но в его глазах тоже заплясали смешинки. — Я знаю, как это выглядит. Но я наблюдал за ней на балах весь прошлый сезон. Девушка скромная, не избалованная столичным жеманством. В ней есть стержень, порода и та самая свежесть, которую здесь не купишь ни за какие миллионы. Мне она глянулась.

Я немного успокоилась, вытерла слезы и посмотрела на него с лукавой улыбкой.

— Вам она глянулась. Прекрасно. А вы ей?

Строганов развел руками с очаровательной наглостью старого ловеласа.

— А вот это вам и надлежит узнать, моя милая Анна.

Мой внутренний этнограф мгновенно переключился на анализ ситуации. В этом весь тысяче восемьсот третий год. Начало правления Александра I — удивительное время на стыке двух миров. С одной стороны, молодежь зачитывается французскими романами Руссо и мечтает о возвышенной, небесной любви. С другой — браки остаются исключительно прагматичными династическими и финансовыми сделками.

Сватовство в нашей аристократической среде не имело ничего общего с купеческими или крестьянскими гуляниями. Здесь не было цветастых рушников, показных чаепитий с блюдечком или профессиональных свах в пестрых платках. Всё происходило гораздо тоньше, по жестким законам света, где репутация стоила дороже золота.

Первый этап — светские смотрины — Николя уже провел блестяще. Зимний сезон балов был настоящей «ярмаркой невест». Строганов, видимо, часто ангажировал Веру на котильон или мазурку, обменивался с ней вежливыми фразами на французском. Я припомнила, что Верочка действительно краснела, когда речь заходила о статном полковнике.

Теперь наступил второй этап — предварительная разведка.

В высшем свете получить прямой отказ (что в Малороссии назвали бы «получить гарбуза») считалось катастрофическим позором для кавалера. Именно поэтому в дело вступали посредники — «светские свахи». Влиятельные тетушки вроде меня. Я должна была нанести визит матери невесты, Вере Никитичне, и самой Вере, чтобы в завуалированной форме «прощупать почву». Если ответ будет уклончивым или холодным, сватовство прекратится тихо, без потери лица для жениха.

— Вы ставите меня в весьма пикантное положение, полковник, — усмехнулась я, постукивая веером по столу. — Вы понимаете, что если девушка ответит благосклонно, вам придется наносить официальный визит при полном параде?

— Я уже приготовил парадный мундир и ордена, — серьезно кивнул Строганов.

— А дальше начнется самое страшное, — я понизила голос до зловещего шепота. — Сговор. Финансовая сторона. Вы не просили руки у сибирской медведицы, Николя. Вера Никитична за запрется с вами в кабинете и будет обсуждать рядную запись — брачный контракт. Она вытрясет из вас информацию о каждой десятине земли, о каждой душе крепостных и о каждом бриллианте, который перейдет во владение молодой семьи. Она торговалась за куницы в Тобольске, представляете, как она будет торговаться за дочь?