Книга Завтра, завтра, завтра, страница 59 – Габриэль Зевин

— Дов Мизрах, разработчик и программист. Мы с ним когда-то пересекались.

— Каким образом? – опешил Сэм.

— Он был моим профессором.

— Слушай, а почему бы тебе ему не позвонить? – оживился Сэм. – То есть если написание движка у тебя идет со скрипом…

— Да, – кивнула Сэди, – почему бы и не позвонить?

— …Он мог бы посоветовать тебе что-нибудь дельное, – продолжал Сэм. – Или мы могли бы использовать его движок…

— Навряд ли, Сэм.

— Ах, Сэди, Сэди, ты слишком щепетильна. Мы вложили в эту игру всю душу, и ничего не изменится, если пару строк в программном коде напишем не мы. Ты ратуешь за чистое искусство, но, честное слово, Сэди, всем на это начхать. Нет никакого чистого искусства. Совершенно неважно, какими средствами ты создаешь свой шедевр. Наша игра не утратит оригинальности, потому что мы и только мы ее создатели, понимаешь? И если у тебя есть инструмент, способный помочь нам, почему бы тебе им не воспользоваться? Наша игра ничем не напоминает «Мертвое море», так что же тебя смущает?

Следующим утром Сэди написала Дову письмо и мгновенно получила ответ. Дов, как выяснилось, вернулся в Кембридж, чтобы осенью провести семинар по разработке игр и закончить «Мертвое море II». Он пригласил ее в свою студию, и она пошла.

— Как я обрадовался твоему письму, Сэди Грин, – не передать! – воскликнул он, обнимая ее. – Я и сам намеревался связаться с тобой, но закрутился. Столько дел – невпроворот. Я вот-вот допишу «Мертвое море II». И – баста. Больше вы от меня продолжений не дождетесь. Сыт по горло.

Дов стал вегетарианцем и пригласил ее в вегетарианское кафе неподалеку от работы.

— Как поживаешь, Сэди? – тепло спросил он.

Она рассказала ему про «Итиго».

— Любопытно. Да, разработка игр – это твое, – произнес он с оттенком снисхождения в голосе. – Возможно, написание собственных игр – твое призвание, Сэди.

Сэди вытащила из сумки рисунки Сэма, и Дов задохнулся от восторга.

— Потрясно! – вскричал он и схватил протянутый Сэди ноутбук, чтобы пройти первый уровень «Итиго».

— Черт, это офигенно, Сэди, – покачал он головой, оторвавшись наконец от экрана. – Фантастика.

Дов никогда не бросался словами. Растроганная Сэди чуть не заплакала, но быстро смахнула вскипевшие на глазах слезы. Не стоит показывать Дову, как много для нее значит его похвала.

— Мне нравится. – Отложив рисунки, Дов посмотрел на Сэди в упор и понимающе кивнул. – Ты ведь пришла за «Улиссом», угадал?

Сэди отшатнулась, готовясь все отрицать и клясться, что хотела попросить совета, как разработать движок, и вдруг прошептала:

— Да. Я пришла за «Улиссом».

— Ты помнишь, что я говорил про чужие движки?

— Да.

— Впрочем, мой «Улисс» прекрасно подойдет для игры, которую ты и твой напарник… как его там?

— Сэм Масур.

— …Которую ты и твой напарник господин Масур пытаетесь создать. Да и вообще, как я могу отказать моей Сэди, моему попавшему в беду другу?

Вот так просто Дов передал им «Улисса», а в обмен получил должность продюсера, стал равноправным партнером компании «Итиго» и навечно связал себя профессиональными узами с Сэди.

Маркс возненавидел Дова с первой же секунды его появления в квартире на Кеннеди-стрит, куда Дов заглянул, чтобы помочь Сэди установить «Улисса». Маркса затошнило от одного его вида: кожаных штанов, облегающей черной футболки, унизанных крупными серебряными кольцами пальцев, щегольской козлиной бородки, высокомерно-изломанных бровей и волос, затянутых в пучок.