Книга Измена на Первом Курсе, страница 29 – Мира Лаверн

Может быть, тогда ещё ничего не происходило?

Нет.

Катя сказала: несколько недель.

Сколько именно?

Три?

Четыре?

На фотографии она уже знала.

Наверняка знала.

Я сохранила и её.

В мессенджере висело голосовое сообщение от мамы, отправленное в семейный чат несколько дней назад.

Я нажала.

— Сонечка, я посмотрела билеты, — говорил мамин голос. — Вы там решите с Никитой, когда точно поедете. Папа сказал, что встретит вас на машине. Никите передай, его мама звонила, спрашивала, не похудел ли он. И скажи ему, что я нашла его шарф. Пусть не покупает новый.

Ниже Никита ответил:

— Спасибо, тёть Лен. Двадцать восьмого, скорее всего. Соня уже всё организовала, как обычно. Я под её строгим контролем.

Он смеялся.

Мама поставила смеющийся смайлик.

Я прослушала дважды.

Потом третий раз.

Сохранила запись.

В заметках лежал список расходов на будущую квартиру.

Аренда.

Залог.

Интернет.

Посуда.

Постельное бельё.

Мы составляли его вместе.

Никита добавил пункт:

«Огромный телевизор».

Я зачеркнула и написала:

«Сначала холодильник».

Он вернул:

«Телевизор важнее еды».

Под пунктом стоял его профиль.

Я сделала скриншот.

Теперь у меня имелось достаточно.

Любой нормальный человек увидит.

Любой.

Я открыла общий чат компании.

Набрала сообщение.

«Никакого расставания не было. Ещё вчера Никита называл меня своей девушкой. У нас были общие планы, билеты, календарь, совместные съёмки. Он продолжал отношения со мной, пока встречался с Катей. Я могу всё подтвердить».

Прочитала.

Добавила:

«Сообщение Никиты — ложь».

Палец завис над кнопкой отправки.

Я представила ответыкой отправки.

Я представила ответы.

«Зачем выносить личное?»

«Разбирайтесь сами».

«Скриншоты можно вырвать из контекста».

«Он писал из жалости».

«Почему ты до сих пор не отпускаешь?»

Мне нужно было сразу прикрепить доказательства.

Я выбрала первое признание.

Потом календарь.

Потом голосовое мамы.

Три файла.

Мало.

Добавила фотографию.

Слишком много.

Убрала фотографию.

Вернула.

Убрала голосовое.

Что именно доказывало отношения лучше?

Слова?

Билеты?

Близость?

Никита уже подготовил объяснение для каждого.

Я знала, потому что он написал мне утром.

«Отвечал, чтобы не ранить».

«Не успел отменить».

«Не хотел расстраивать родителей».

«Продолжал фильм ради команды».

Любой факт можно было разрезать на части и объяснить отдельно.

Только все вместе они составляли правду.

Но чтобы показать всю правду, мне пришлось бы открыть чужим людям почти каждый день своей жизни.

Я сидела в библиотеке и выбирала, сколько себя опубликовать.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Никиты:

«Марк написал про собрание завтра. Нам нужно решить, что делать с фильмом».

Я смотрела на экран.

Он даже не спросил, как я.

Не извинился.

Не признал.

Фильм.

Снова фильм.

Я ответила:

«Ты больше не участвуешь».

Три точки появились сразу.

«Это решаешь не ты одна».

«Сценарий мой».

«История наша».

Я перечитала.

«Наша? Мы же, по твоей версии, давно расстались».

Он не отвечал минуту.

Потом:

«Не манипулируй словами».

Я засмеялась.

Библиотекарь подняла голову.

Я прикрыла рот рукой.

«Ты хочешь оставить фильм?» — написал Никита.

Я не знала.

Ещё вчера хотела.

Сегодня каждая сцена казалась грязной.

Я видела текст и слышала его голос.

«Мы приехали вместе».

«Главное, что мы здесь».

«Будем возвращаться друг к другу».