Книга Змея. Часть 1, страница 103 – Лана Ланитова

— Это вы?

— Я. А вы ждали здесь кого-то другого?

— Я никого, в сущности, не ждала, – смущённо произнесла она.

— Ой, ли?

— Что вы имеете в виду?

— Да, ничего. Можно я присяду?

Он бегло осмотрел её платье. Она была одета в светлое, с оливковым отливом, льняное платье, отороченное по подолу, рукавам и вороту мелким шитьем. Это платье великолепно оттеняло её чуть смугловатую, матовую кожу и красиво смотрелось на её тонкой, но роскошной фигуре. К платью прилагалась шляпка из французской соломки с приколотыми незабудками и тюлевым листочком.

Только сейчас он заметил рядом с нею небольшой букет из васильков и плотную корзину из лозы, закрытую маленькой крышкой.

— Я был в поместье Р-ских. Думал, что застану вас там. Но оказалось, что с первыми лучами солнца вы уже упорхнули на волю.

— Да, я встаю рано и люблю ещё до завтрака прогуляться в лесу и возле речки.

— Какие милые васильки.

— Да, я люблю их.

— Если сплести из них венок, то они великолепно подойдут к вашим глазам. Они у вас тоже ведь синие.

Она повернула к нему голову и посмотрела на него немигающим взором чёрных глаз:

— Господин Гладышев, вы, стало быть, дальтоник?

— Отнюдь, пани Соболевская. У меня прекрасное зрение, и я отлично различаю цвета и даже малейшие оттенки.

— Если так, то отчего же вы решили, что у меня синие глаза? – она вызывающе взмахнула длинными ресницами.

— А от того, что склеры ваших чёрных глаз отливают той же синевой, что и лазурит на древних изваяниях, либо кобальт на гжели.

В ответ она застенчиво улыбнулась. Было видно, что ей понравился его необычный комплимент.

— Позвольте полюбопытствовать, милая чародейка, а что же находится у вас в корзинке? Для грибов и ягод ещё не настала пора. Я умираю от любопытства…

— Любопытство, господин Гладышев, один из примитивнейших пороков. Но подражая вам, могу я тоже слегка полюбопытствовать?

— Можете, отчего же нет.

— Скажите, каким же образом вы оказались здесь? Я никогда не поверю в то, что у вас здесь фамильное имение. Ровно там же, куда уехала я. Это весьма похоже на те случайности, благодаря которым вы оказывались почти на всех наших сеансах.

— Почти? Неужели же были те, о которых я не знал?

— Были-были…

— Как жалко. Это жестокое коварство, скрывать от меня ваше местоположение, – произнес он, чуть понизив голос и откровенно глядя на неё.

— Ах, вот даже как? – щёчки ее заалели, и она кокетливо отодвинулась.

— Возможно, я вас разочарую, дерзкая чаровница, но у меня действительно есть в Гатчине имение.

— Не понимаю, вы, что же, хотите сказать, что мы действительно здесь встретились случайно? Или вы умудрились его купить за несколько дней?

— Нет, Барбара Александровна. В этом имении я вырос. Оно досталось нам от дяди по отцовской линии. Того самого дяди, который к нам пришёл тогда на первый сеанс.

— Подождите, но разве так бывает? – она с удивлением уставилась на него.

— Как видите, бывает… И я вынужден приписать сей факт роли самого провидения.

Она молча покачала головой, глядя на него озадаченным взором.

— Вы верите в судьбу, Барбара Александровна? А впрочем, вы просто не можете в неё не верить…

— Это почему же?

— Женщина, чьи пристрастия, профессия и досуг лежат в плоскости ирреального, не может не верить в судьбу. Ведь так?

— Возможно, – кивнула она.