Книга Коррида с предателем, страница 59 – Ирина Дегтярева

— Да так, — Трофимов пригладил шевелюру, — решаю одну задачку. Со всеми известными, а ответа найти не могу. Пока… — он поднял указательный палец, что сопроводилось рыком из-под журнального столика, куда перебрался тезка американского президента.

— Артюшин на том свете, там же майор, значит, кто-то из группы, — задумчиво пробормотал Пашутин. — Так по ком звонит колокол? Уж не за Крылова ли вы взялись?

Николай промолчал, с неподдельным интересом рассматривая прожилки на лимонной дольке.

— Давно пора, — расценил молчание как согласие Игорь Николаевич. — Я бы им тоже занялся.

— А говорили, что не знаете состав группы, — улыбнулся Трофимов.

— Не знаю. Почему ты вообще ко мне обратился с этим? Я осведомлен на уровне сплетен, газетных публикаций. Ну и с учетом моего опыта, умения анализировать… В чем проблема?

— Есть человек, непосредственный участник событий. Но не желает говорить. А хотелось бы узнать подробности той поездки.

— Этот человек случайно не Маслова?

Они оба несколько минут сверлили друг друга взглядами. Трофимов предположил, что Пашутин не входил в ту самую группу, но, вероятно, так или иначе был причастен к спецмероприятию. Однако не зря ему порекомендовали обратиться насчет Щедрова именно к Игорю Пашутину.

— Нина мне позвонила, сказала, что отшила одного товарища, который настойчиво интересовался делом двенадцатилетней давности. А на следующий день позвонил ты. Я сложил один и один. Я же говорю, выводы делать умею.

— Мне нужно, чтобы она описала, что там было, — наклонил голову и смотрел исподлобья Трофимов. — Я же не прошу ее сделать это под запись. Сказанное ею никуда дальше меня не пойдет.

— Почему не поднимете их рапорты?

— Не все писалось в рапорте, — схитрил Трофимов, не желая рассказывать, что их глубокая конспирация не позволяет им запрашивать дела Крылова. — Атмосферу в казенных бумагах не передашь. Только на словах. Я готов встретиться там, где Нина Васильевна укажет и где она будет чувствовать себя комфортно. Я сделаю все, как она велит.

— Значит, на меня ты возлагаешь посредническую миссию? Что же, если речь идет о том, чтобы свалить Крылова, я — за. Многие у нас считали и считают его предателем. Он не диссидентствующий чекист, это нонсенс! Он предатель под личиной диссидента. В нашей службе не бывает диссидентов. Если уж идут в госбезопасность, то принимают и систему в целом, закрывая глаза на перегибы (а в какой профессии не бывает негативных сторон?), и понимают госбезопасность как патриотизм в высшей степени его проявления, пусть и назовет это кто-то фанатизмом. Нельзя нырнуть в озеро и при этом оказаться на поверхности. Окунешься весь, целиком. Ты не сможешь и не должен отстраняться, смотреть на все со стороны. Улучшать систему можно только извне, а узнать досконально — только изнутри. Очередной парадокс! Мы винтики, а винтик в системе должен работать. И точка. И нечего тут разводить сантименты… — Он перевел дух после возмущенной тирады. — Я поговорю с Ниной. Но легкой жизни не обещаю. Она женщина ушлая. Ее на мякине не проведешь.

— Да я не собираюсь ее обманывать. Но вы уж попросите, чтобы она мне все как на духу…

— Это как пойдет. Однако она дамочка крутая.

— А как, вы сказали, фамилия того майора-предателя?

— Я не говорил, — усмехнулся уловке Пашутин, — но могу сказать, поскольку он все равно помер. Кочетков.