Книга Настоящая фантастика 2012, страница 180 – Алексей Бессонов, Андрей Дашков, Степан Вартанов, и др.

— Как ты, милочка? – пробасила она. – Все устроилось? Ну и слава Деве Марии!

— Я рассказал им о мальчике, – улучив момент, шепнул жене Рубен.

В каморке стало тесно, повернуться негде.

— Это и есть найденыш? – оживился Педро, увидев Карамельку. Он протянул руки, чтобы взять малыша. Пальцы у него были грубые, но это были пальцы человека, вынянчившего пятерых детей, и Антония без колебаний доверила ему сына. – Взгляни, Рози, правда, красавчик?

Но та даже не повернула голову.

— А там что? – громко спросила она. – Дверь на хозяйскую половину?

Она словно не замечала протянутого ей младенца, и Антония вдруг поняла, что для Розалии, пять раз ставшей матерью, найденыша все равно что не существует. Чужая кровь…

— Так что, брат, – сказал Педро, подмигивая Рубену и с видом фокусника вынимая из кармана бутылку, – выпьем за прибавление семейства?

Все потекло привычным руслом. Мужчины пили текилу, вспоминали родственников, оставшихся в Мексике, строили планы на будущее. Планы под текилу рисовались радужные… Прощаясь, Розалия шепнула Антонии:

— Будь осторожна. Я кое-что слышала об этом Папе Артуре. В нашей швейной мастерской работает одна сеньорита, она показывала мне… Поверь, он страшный человек. Держись от него подальше…

Розалия сама села за руль, уничижительно отозвавшись обо всех мужчинах, вместе взятых, и о своем муженьке в частности. Пикап мигнул фарами и умчал. Рубен обнял жену за плечи.

— Как ты, дорогая?

— Терпимо.

Ночью, когда он занимался с ней любовью, Антония лежала с открытыми глазами в темноте и думала о том, что с ними будет дальше.

От стены, где мирно посапывал Карамелька, наплывал волнами сладкий аромат карамели. От этого аромата внизу живота что-то расширялось и оживало, там становилось горячо и сладко, как в юности, до рокового падения с лошади.

* * *

Шериф появился через два дня. Папа Артур велел Антонии запереться в комнате, и чтобы ни звука! Мужчины сидели в гостиной, пили виски и разговаривали громко, как могут разговаривать только гринго. Сначала Антония думала, что Иммиграционная служба что-то заподозрила, и не на шутку перепугалась. Но потом, когда услышала, что именно интересует шерифа, испугалась еще больше.

— Так ты, говоришь, не видел ничего подозрительного? – спрашивал он. – И посторонних не было?

— А что, кто-нибудь из тюрьмы сбежал? – отвечал Папа Артур. – Так я о том ничего не знаю.

— Что, – удивился шериф, – и взрыва не слыхал?

— Взрыв слыхал. Так я думал, то бытовой газ в мексиканском квартале взорвался. Разве нет? Телевизор-то я не смотрю.

— Да нет, – сказал шериф, – не в мексиканском квартале. И не бытовой газ.

— А что тогда?

Шериф шумно вздохнул.

— Мда, – сказал он, – хорошая нынче погода. Так ты, значит, ничего не видел?.. – И разговор покатился по кругу, околичный и бестолковый.

Антония поняла одно: их ищут. Ищут маленького Давида, ее Карамельку!..

Но потом шериф ушел, и долгое время – почти шесть лет – их никто не беспокоил. Антония уже начала было надеяться, что все обошлось, пока не появился этот молодой учитель по имени Горацио.

— Мамми, мамми, к нам идет учитель Горацио! – Давид, ловко управляя джойстиком детского инвалидного кресла, промчался по открытому гаражу и виртуозно затормозил возле распахнутой двери дома.