Книга Янтарный след, страница 99 – Елизавета Дворецкая

— Если ты так хочешь, я буду биться с тобой! – горячо ответил Меелит. – Я докажу, что имею право владеть моей женой и не отдам ее никому, хоть самому Туони! Я не трусливее тебя!

Снефрид порывалась вмешаться – Коткас и Меелит стремительно двигались к схватке, а ведь именно этого она хотела избежать. Ради того она и поехала сюда с Дневного острова – чтобы уладить раздор мирно, а не как вышло у Хедина с Хёнги, предотвратить пролитие крови. Иначе этот раздор будет передаваться из поколения в поколение, принесет еще множество смертей и загубит счастье не только Меелита и Вяйке, но их детей и внуков. В ряду поколений их поединок тоже будет продолжаться вечно!

Но что она им скажет? Коткас явился сюда, после своего сна, с мирными намерениями и готов был признать брак своей сестры, если взамен ему самому дадут в жены привезенную Меелитом чудесную женщину по имени Снежная Звезда. Но на это Снефрид согласиться никак не могла, а значит, новый раздор возникает из-за нее!

Осознав это, она сама чуть не зарычала от досады и отчаяния. Ее попытка уладить дело миром грозила слишком дорого обойтись ей самой – и провалится, если она не согласится на эту цену.

Она ведь не богиня, а только боги могут управлять жизнью смертных, ничем за это не расплачиваясь. «Неужели в этот раз ты пытаешься переиграть меня, дорогая?» Да Один посмеялся над ней, вообразившей, будто ей по плечу дела богини!

Хотя не скажешь, что для Фрейи вмешательство в дела Хёгни и Хедина было легкой забавой.

Если она промолчит, лихорадочно проносилось в голове Снефрид, Коткас и Меелит будут драться, прольется кровь… и она подведет Фрейю, которая надеялась, что она справится с этим делом! А если Коткас еще и выиграет, это погубит ее саму.

— Погодите! – властно сказала Снефрид, вновь проходя вперед и отодвигая двух противников друг от друга. – Мой отец, господин всех богов, не желает кровопролития и продления вражды. Подождите немного, пока я спрошу у него совета. Отойдите все отсюда, оставьте меня наедине с ним.

Арво перевел ее слова и знаками стал отгонять собравшихся от жертвенника. Эйсты отошли дальше от края обрыва, но расселись на опушке, откуда им прекрасно было видно жертвенник и Снефрид возле него.

— Где твой бубен, Арво? – спросила Снефрид. – Возьми его и стучи.

Сейчас ей не требовалась помощь, но для всех смертных рокот бубна связан с голосом богов, и пусть эйстам будет к чему прислушиваться, пока она будет говорить с тем, кого не может услышать ни одно чужое ухо.

Старик повиновался: вынул из мешка свой большой бубен и стал постукивать в него резным оленьим рогом с двумя отростками, неспешно прохаживаясь вдоль обрыва, между Снефрид и толпой на опушке. Она вылила мед из рога на жертвенник – Коткас отверг ее мирные заклятья, – а сам рог положила на нижний камень. Потом подошла к краю обрыва – так близко, что ей стали видны тонкие деревца, примостившиеся на почти отвесной известковой стене, и мелкие волны, пляшущие над таким же известковым дном. И заговорила, ощущая, как каждое ее слово вплетается в пряди ветра и улетает вместе с ним:

От волнения сердце сильно билось, но Снефрид верила, что он отзовется. Он дважды обещал ей помощь, он не может обмануть… хотя что она знает о существах этой породы?