Книга Не обожгись цветком папоротника, страница 96 – Арина Бугровская

Не успела Рябуха перепуганно ойкнуть по-куриному, как бисерные пёрышки посыпались на землю, безжалостно срезанный ножом под самый корень.

— Беги теперича, — довольная баушка бросила курицу на землю, и та побежала, пока ещё не совсем понимая, что произошло. До конца, насколько это возможно для курицы, она осознает случившееся на следующее утро, когда по привычке махнёт крыльями, пытаясь взлететь, а махать толком и нечем. Повернёт озадаченная в курятник на гнездо.

— То-то же! — промолвила победно баушка и пошла привычно кружить по своему немаленькому хозяйству. Айка привычно кружился следом.

Но пока занимались повседневными делами: подоили корову Ночку, отправили многочисленную рогатую и безрогую скотину на пастбище, поели сами, покормили свинью с поросятами, повозились на грядках, мысли обоих текли по разным руслам. Айка познавал мир. Всё вокруг его удивляло и радовало. Всё казалось ярким и вкусным. Баушка думала про кладку яиц наверху. Интересно, много их там? Пропадают же! А не попробовать ли ей самом слазить?

Но пока думала, наступило обеденное время. Скотина вернулась из стада, чтобы дома переждать жару. Коровушке-кормилице — особое почтение: напоить, подоить, дать вкусную краюшку хлеба. Баушка почти так и сделала: напоила, подоила, а про вкусную краюшку забыла. За пазухой та так и осталась.

— Айка, я полезу наверх, а ты тут будь. Понял?

Айка понял и послушно кивнул. Корова не поняла, почему ей не дали положенное. Она ясно слышала ароматный запах хлеба, даже попробовала сама отобрать, но баушка сердито махнула рукой, накинула на плечо корзинку и полезла по, казавшейся ненадёжной, лестнице вверх, на крышу. Грустная корова осталась стоять. Айка тоже остался, снизу наблюдая за баушкой, открыв рот.

Баушка довольно-таки ловко преодолевала ступеньку за ступенькой. Если не смотреть вниз, то ничего страшного. Тем более, что крыша не так уж и высоко. Вскоре баушкина голова возвысилась над верхним бревном стены и осмотрелась. А потом и ахнула. Подлая птица столько нанесла, что им с Айкой хватило бы надолго. Осталось только достать.

Яички мило лежали в том месте, где доски ската упирались в водотечник. Баушка задумалась, как тут лучше поступить. Самым разумным было бы слезть вниз, немного передвинуть лестницу и не торопясь собрать куриный продукт. Но баушка была уже в том возрасте, когда лишние движения не приветствуются, поэтому решила дотянуться так. И ведь дотянулась.

Ближайшие яички ловко ложились в ладонь и перекочёвывали в корзину. За дальними пришлось потянуться. Одно, последнее, не удержалось в подрагивающих пальцах и укатилось чуть далее. Уйти? Оставить его? Баушка колебалась.

Нет, надо попробовать достать. Оно, это яичко, небось, тоже на дороге не валяется. И хорошая хозяйка яйцами разбрасываться не будет. Баушка вытянулась в ниточку, так ей во всяком случае казалось. Но нет, пальцы едва касаются кругляша. Она поднапряглась ещё, растянув одни ей известные резервы, почувствовала, как лестница накренилась в противоположную сторону от её напряжённых усилий, поняла, что ногами лучше не давить, а кончиками пальцев потихоньку толкать яичко в нужном направлении.

У баушки всё бы получилось. Но… корова, будь она неладна. А, может быть, тут краюшка хлеба виновата? Или судьба уж такая?