Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 447 – Жюльетта Бенцони

— Вы уверены, что у вас ничего не осталось во Флоренции?

— Больше ничего. — Лицо Фьоры омрачилось. — Дворец Бельтрами сгорел, вилла Фьезоле была конфискована, а делами моего отца управляет Анджело Донати.

— Анджело Донати умер, поэтому Лоренцо де Медичи сам теперь управляет вашей собственностью. Говорят, что, если вы решите вернуться во Флоренцию, вы получите свою виллу и кое-что еще.

— Говорят? Кто это говорит?

— Ходят такие слухи, словно сквозняки… Его святейшество содержит очень расторопных шпионов во Флоренции. Вам, видимо, известно, какие планы имеет папа относительно этого прекрасного города?

— Допустим худшее. Риарио завладеет Флоренцией. Он получит все, что ему захочется.

— О, нет! Папа желает, чтобы он царил там, но не может быть и речи о нарушении законов и об ограблении жителей. Все знают, на что они способны. Вот поэтому-то он так и заинтересован в этом бракосочетании. Те Пацци, которые живут здесь, объединятся с Пацци, что живут во Флоренции, и вернутся туда триумфаторами.

— А я отправлюсь туда вместе с их багажом? — язвительно спросила Фьора. — Большое спасибо.

— А вот это еще под вопросом, — сказал Борджиа с полуулыбкой. — Выдав вас замуж, я не думаю, что госпожа Босколи позволит вам долго жить. Поверьте мне! Будьте разумной и приготовьтесь к ужину. Я попытаюсь вас развлечь.

— Все зависит от того, что вы под этим подразумеваете!

Он разразился хохотом и направился к двери.

— Только не смотрите на меня такими злыми глазами! Обещаю вам, что ничего не произойдет. Может быть, — добавил кардинал, подмигнув ей, — я вас все еще нахожу недостаточно пухленькой, чтобы съесть?

— Это успокаивает меня! — отшутилась Фьора.

Ужин действительно прошел великолепно. Фьоре было приятно узнать, что Лоренцо де Медичи сохранил к ней дружеские чувства и что, может быть, под его покровительством она сможет однажды вернуться в свой любимый город с гордо поднятой головой. Эта новость немного изменила ее ближайшие планы.

Сначала она намеревалась украсть лодку, чтобы спуститься вниз по Тибру и попытаться, добравшись до побережья, сесть на корабль, идущий в Прованс. Но эту идею сразу пришлось отбросить: морские корабли не плавали зимой. Значит, надо было дождаться весны. Кроме того, у нее совсем не было денег для оплаты путешествия. Возможность проехать через Флоренцию открывала более широкие перспективы и внушала надежду.

Всего семьдесят лье от Рима до столицы Медичи! Паломники, отправлявшиеся пешком к святым местам, шли и гораздо более длинными путями, а эти семьдесят лье можно было просто пройти пешком.

В этот вечер Родриго показал себя любезным хозяином. В веселом расположении духа он вел разговоры, украсившие трапезу, состоявшую из устриц, кальмаров под соусом и из птицы с перцем по-римски, анчоусами, помидорами и ветчиной. К этому было подано восхитительное вино «Фраскати», а десерт сопровождался отличным мускатом.

Чтобы развлечь свою гостью, Борджиа рассказал ей о некоторых событиях, позволивших ей по-новому взглянуть на римскую жизнь. Так она узнала, что похищение являлось любимым развлечением знати: похищали женщину или девушку, отвозили ее в укромное место, чтобы отпраздновать это событие, после чего невольную героиню праздника привозили обратно и оставляли неподалеку от дома. Это, конечно, требовало отмщения, а месть в Риме была поднята на уровень искусства. Чем страшней она была, тем выше ценилась. Борджиа рассказал Фьоре историю прекрасной Лизабетты, супруги Франческо Орсини, которая, будучи застигнутой с другим мужчиной, должна была присутствовать при гибели своего любовника, приглашенного на пиршество и забитого насмерть палками во время десерта. Затем прелюбодейку распяли на кресте в комнате, где каждую ночь к ней привязывали труп любовника, с которым она оставалась до рассвета, потом ее вновь отводили к себе на весь день до захода солнца.