Книга Апрельское, или Секрет забытого письма, страница 114 – Елена Тюрина

Я покосилась на Максима. Он вёл автомобиль, внимательно следя за незнакомой дорогой. Красивый, смуглый, пухлые губы плотно сжаты, нос прямой с лёгкой горбинкой. Я раньше её даже не замечала.

— Цыгане — очень ранимый народ, — продолжал мужчина. — Они быстро поддаются внешнему влиянию, как хорошему, так и плохому. Кочевая таборная жизнь их спасала, потому что тогда они действительно были независимы от иной культуры и законов. Пушкин, Толстой и многие другие черпали вдохновение от общения с цыганами. А сейчас, говорят, они наркотики распространяют. Тем и живут. Но это неправда. Много ромэн наркотики убили, как алкоголь погубил индейцев. Рома не должны заниматься наркотиками. Это унизительно, оскорбительно и большой грех. Ни для одной цыганской семьи, которая в подобное ввязалась, это не закончилось благополучно.

— Вы так много знаете о цыганах и так тепло о них говорите, — заметила я.

— Мой прапрапрадед был цыган, — улыбнулся мужчина в усы. — Обрюхатил молодую порядочную девицу из раскольничьего скита и ушёл с табором.

— Не знаю, что в них хорошего, — проговорила женщина, подсевшая к нам после семейной пары. — Они там что-то у себя во дворах плавят. Медь, наверное. Так чёрный дым столбом стоит. Мне даже страшно было сначала, потом привыкла. Нет на них управы. Участковый с ними не хочет связываться. Детей в школу отдают поздно, девочек замуж выдают рано. Непутёвые какие-то, дикие. Дети у них всегда в коррекционных классах учатся, мне невестка рассказывала.

— Не трогайте детей своей злостью! — подала голос жена общительного мужчины.

— А что, неправда? — воскликнула пожилая пассажирка. — У моего внука был друг-цыганёнок. Косенький! Как в гости приходил, мы все над ним потешались. Что ж они своё дитё не могут вылечить? Денег на иномарки хватает, а на лечение нет?

— Обычно то, над чем вы смеётесь, появляется у ваших детей и внуков! — гневно проговорила супруга усатого потомка цыган.— Закон Вселенной. Ваши слова обернутся на ваших родных. Так что разума вам и здравия!

Злословящая женщина прикусила язык и всю оставшуюся дорогу молчала.

— Да нормально они живут. Обычной жизнью. Работают, получают образование, — говорил между тем мужчина. — Цыгане никогда не будут держать обиду на кого-то. У них свои традиции, законы. И их соблюдает каждый из ромов. Для тех, кто не цыган, их жизнь закрыта и загадочна. Чужаков в неё не посвящают.

Показав, в каком направлении дальше ехать, наши попутчики вышли. А я осталась в замешательстве. Не знала, что и думать теперь о цыганах. По правде сказать, я их всё же опасалась. И с тревогой гадала, что ждёт впереди.

Встретили нас в цыганской деревне сначала настороженно. Подростки, ребятня и несколько женщин внимательно разглядывали меня и Макса. Но через несколько минут, выслушав его объяснения о причине нашего приезда, оживились, стали наперебой говорить, что нам надо идти в дом знахарки, жестами показывая, где он. Кто-то даже вызвался проводить.

Несколько больших цыганских семей жили тут уже много лет. Купили дома на берегу моря, некоторые и вовсе построили своё жильё с нуля. Стали заниматься хозяйством, летом сдавать комнаты отдыхающим.

Деревня мне показалась не совсем обычной. Многие дома стояли близко друг к другу, во дворах кое-где виднелись большие кучи металлолома. Коз, кур и коров я не заметила. Должно быть, их тут не держали. А вот собаки и коты бегали повсюду.