Книга Очаровательный повеса, страница 118 – Элизабет Хойт

— Кого нашел? – спросил Аса.

Он уже несколько дней ходил злой, словно лев с колючкой в лапе, поскольку никак не мог отыскать Хэмпстона. Виконт как сквозь землю провалился – возможно, даже покинул Лондон, что не могло не радовать Эву.

Она не хотела, чтобы Асу арестовали за убийство аристократа или, хуже того, убили.

Элф взглянул на Асу с откровенным неудовольствием:

— Ну как кого? Агента, конечно.

Эва нахмурилась, ничего не понимая, зато Аса сразу вскочил:

— Агента Хэмпстона?

— Ну да.

Он высунулся в коридор, кому-то подал знак, и Фогель с Маклишем втащили в кабинет незнакомца, который выглядел обычным работягой, если не считать глаз: злых, хоть и испуганных.

— Это Олдман, – сообщил Элф. – По крайней мере, так он себя называет. Сегодня я обнаружил его под сценой, когда он пытался поджечь бочонок с порохом.

Ни слова не говоря, Аса сделал два быстрых шага к пленному и нанес ему такой удар в челюсть, что Фогель и Маклиш не смогли удержать его, и он врезался в стену.

— Не уверена, что это поможет, – вздохнула Эва.

— Это помогло мне, – огрызнулся Аса и потряс ушибленной рукой. – Теперь я чувствую себя гораздо лучше. – Он подался к Олдману. – Когда чертов Хэмпстон тебя нанял?

— Да пошел ты! – взвизгнул тот, сидя на полу. – Понятия не имею, о чем ты.

— Он врет! – выкрикнул Элф. – Не далее как пять минут назад он мне сказал, что ему заплатили, именно виконт.

Аса угрожающе сжал кулак, и Олдман тут же пошел на попятную:

— Нет, я скажу! Хэмпстон мне заплатил. Это правда.

Аса выпрямился и улыбнулся Эве:

— Вот видишь? У нас есть свидетель.

— Ты хочешь привлечь виконта к суду? – удивилась она.

Аса покачал головой.

— Я против аристократа? Это вряд ли. В суде меня никто и слушать не станет. Но у меня есть друзья, и один из них – Аполлон, родственник герцога Уэйкфилда, который может выступить свидетелем.

Эва нахмурилась.

— Но что может сказать герцог Уэйкфилд, если он ничего не видел?

Аса ухмыльнулся.

— Это неважно. Он один из самых могущественных пэров Англии, и суд поверит ему на слово. Ну а если нет… как я уже сказал, ничего не имею против разобраться с виконтом собственными руками.

У Эвы сжалось сердце при мысли, какому риску он намерен себя подвергнуть.

— Попробуй все-таки договориться с герцогом.

Аса понимающе ухмыльнулся, словно умел читать мысли:

— Как скажешь, дорогая.

Он схватил Олдмана за грудки, рывком поставил на ноги, и посмотрев в задумчивости на Элфа, Маклиша и Фогеля, приказал:

— Вы тоже пойдете со мной: будете свидетелями, – ведь слышали же его признание. – Потом его глаза остановились на Эве, и он нахмурился: – Черт, я совсем забыл: ведь Жана-Мари нет…

— Зато есть Генри, – спокойно возразила Эва, и мастиф в знак согласия стукнул хвостом по полу.

Аса взглянул на пса с большим сомнением.

— Мне не нравится, что ты останешься одна.

Эва закатила глаза:

— Да что со мной может случиться средь бела дня. К тому же здесь повсюду люди.

Аса заколебался, но тут Олдман начал вырываться, и пришлось принять решение:

— Ладно. Мы недолго. Оставайся здесь с Генри, но никуда не выходи и…

Она коснулась пальчиком его теплых губ.

— Идите. Мы справимся.

Мужчины ушли, а Эва медленно опустилась на стул и прикусила губу. Хэмпстон – крепкий орешек, его на испуг не возьмешь. Даже помощи герцога Уэйкфилда может оказаться недостаточно. Она вздохнула и посмотрела на Генри. Собака встала, положила голову ей на колени и тоже вздохнула.