Книга Мое любимое чудовище, страница 80 – Элизабет Хойт

— Только мы втроем. Это моя служанка и мой сын. — Лили указала на Мод и Индио. Нарцисска тотчас же зарычала и попыталась вырваться из рук Мод.

Прищурившись, сержант опасливо посмотрел на собачку и спросил:

— Ваше имя?…

— Мисс Робин Гудфеллоу, — представилась Лили с приличествующей случаю скромностью.

Один из солдат споткнулся, явно произвел впечатление ее ответ и на сержанта.

— Актриса?

— Неужели слышали обо мне, сержант? — Лили изобразила изумление, округлив глаза, и прижала руку к груди. — Я польщена.

— Видел вас в пьесе, там вы еще в этих… — сержант густо залился краской и понизил голос, — …бриджах. Вы были великолепны, мэм. Просто великолепны.

— О, благодарю вас! — прикинулась смущенной Лили. — И все-таки: кого ищут ваши люди?

— Не могу назвать его имя, но это очень опасный преступник, — мрачно произнес сержант. — В театре есть еще сохранившиеся комнаты, мэм?

— Некоторые помещения за кулисами сохранились, но они заколочены, поскольку находиться там опасно.

Конечно же, сержант приказал своим людям оторвать доски, которыми был заколочен проход за кулисы. Двое отправились туда, а третий принялся рыться в сундуке Мод. Зачем, Лили не знала, ибо сундук был слишком мал, чтобы там мог спрятаться взрослый человек, не говоря уже о Калибане.

Несмотря на снедавшее ее волнение, Лили старалась сохранять спокойствие. Есть ли в парке другие солдаты? И как бы предупредить Калибана? Она очень надеялась, что он уже услышал поднятый солдатами шум. А что, если нет?

Через несколько минут раздался грохот и громкие ругательства солдат, отправившихся обыскивать полуразрушенную часть театра. Вскоре они вернулись, перепачканные сажей с ног до головы, и выглядели при этом пристыженными, а один и вовсе хромал.

Лили улыбнулась, стараясь вести себя непринужденно, и даже посочувствовала бедолагам.

— Если вы закончили, сержант, прошу прощения, но я должна приготовить сыну завтрак.

— Спасибо, что уделили нам время, мисс Гудфеллоу. И если вдруг увидите здесь огромного мужчину с жутким лицом, сразу же сообщите властям.

— О, даже не сомневайтесь! — заверила сержанта Лили, постаравшись изобразить, что испугана. — Но не могли бы все-таки сказать, кого он убил?

— Он совершил тройное убийство, мэм, — ответил сержант с каким-то мрачным удовольствием. — Несколько лет назад виконт Килбурн жестоко убил своих друзей, причем без всякой на то причины, за что был заключен в Бедлам, но сумел бежать.

Лили буквально остолбенела, мозг отказывался воспринимать информацию.

Судя по всему, ее реакция удовлетворила сержанта Грина.

— Будьте осторожны, мисс Гудфеллоу, сами и берегите сына и служанку. Килбурн — настоящий зверь: убьет не моргнув глазом.

С этим сержант откланялся и в сопровождении своих людей вышел из театра.

В наступившей наконец тишине Лили молча повернулась к Мод.

— О, Господи!..

— Но ведь еще только девять часов, — пробормотала сонная белокурая девица, которую Аса Мейкпис пытался вытолкать за дверь. Голубая лента сиротливо свисала с ее кое-как уложенных волос. — Мы могли бы еще немного покувыркаться, прежде чем я уйду.

— Непременно, любовь моя. В следующий раз, — пообещал Мейкпис и, наклонившись к уху девицы, прошептал что-то определенно непристойное.

Повернувшись к парочке спиной, Аполлон уставился на коробку с леденцами, стараясь не слушать, что нашептывал на ухо своей подруге Мейкпис. К тому же ему необходимо было спрятать лицо.