Книга Мое любимое чудовище, страница 42 – Элизабет Хойт

Тут ей в голову пришла другая мысль. Если Калибан способен смеяться, то почему не может говорить? Лили ошеломленно наблюдала, как подрагивают от смеха сильные мышцы его шеи. Как-то все это странно: ведь чтобы смеяться, он использует голосовые связки…

Калибан открыл глаза, и последние отзвуки его смеха растаяли в воздухе, когда он увидел, как на него смотрит мисс Стамп. Она была настолько удивлена и очарована происходящим, что не заметила, как подошла совсем близко, так что почти касалась его, а исходившие от его тела жар и мужественность манили ее неудержимо. Калибан наклонил голову, не сводя с нее глаз, хотя в его собственных все еще плескались искорки веселья. И Лили не удержалась: протянув руку, коснулась его лица, легонько провела кончиками пальцев по худощавой щеке, ощутив покалывание невидимой щетины. Он оказался таким горячим, таким живым. Лили приподнялась на цыпочки, и ее рука скользнула вниз по его шее, исчезла под растрепанной каштановой шевелюрой и притянула его некрасивое лицо к своему собственному. Она просто хотела увидеть, уловить хоть частичку этой жизненной энергии и узнать, действительно ли она так остра на вкус, какой кажется.

Лили была слишком поглощена происходящим, поэтому раздавшийся у нее за спиной голос напугал ее так, что она едва не выпрыгнула из собственной кожи.

— Я пришел, чтобы вернуть вас обратно.

Отскочив, Лили развернулась посмотреть, кто вторгся в их Эдем, однако Калибан оказался быстрее: не слишком любезно оттолкнув ее в сторону, бросился на незнакомца — голова опущена, массивные плечи вздыблены, словно у быка. Он схватил незнакомца за талию, но не удержался на ногах и оба рухнули на землю, причем незнакомец оказался внизу. Грозно зарычав, Калибан занес кулак для удара, но противник его оказался весьма проворен и уклонился. Незнакомец был одет во все черное, треуголка слетела с его головы и Лили увидела, что его темные волосы собраны в косичку. Неподалеку валялась трость.

— Перестаньте! — попыталась она остановить драчунов, но те не обратили на нее никакого внимания. — Немедленно!

Незнакомец зацепил ногу Калибана своей в надежде освободиться от захвата, но немой был намного тяжелее, к тому же несколько раз ударил соперника в бок, и тот стонал от боли.

Между телами сражающихся вдруг блеснул металл, и Калибан отпрянул, хватаясь за что-то. О, господи! Незнакомец сжимал в руке пистолет! Калибан сумел перехватить его руку. Мужчины сцепились в жутких объятиях, и каждый прилагал все силы к тому, чтобы направить дуло в лицо противнику. Кулак незнакомца соприкоснулся с челюстью Калибана, и от удара его голова откинулась в сторону, но руки с пистолетом он не выпустил. Лили колебалась, и опасаясь ближе подойти, и вместе с тем боясь убежать прочь. Она хотела помочь Калибану, но не могла придумать как, и в этот момент увидела вспышку и услышала ужасающий грохот.

Закричав от ужаса, Лили присела на корточки и закрыла руками уши, а потом вдруг бросилась к соперникам, хотя ужасно боялась увидеть кровь, увидеть, как живое лицо Калибана становится вялым и апатичным, тронутое дыханием смерти, но странным образом пуля не попала ни в одного из них, и мужчины продолжали бороться.

— Мама? — услышала она тоненький и испуганный голосок и обернулась.