Книга Триктрак, страница 96 – Ольга Болгова

— Даже не думай! — рыкнула я. — Ничего более банального и опасного и придумать нельзя!

— А чего ты боишься? Брачный аферист тобой не заинтересуется, у тебя всё равно ничего нет. И почему не рискнуть?

— Нет, — отрезала я, выбросила в мусорное ведро обугленные куски несостоявшегося пирога и поспешила сменить тему разговора.

Тем не менее, она возникла вновь, когда кузина предложила познакомить меня с приятелем своего капитана, по её сведениям, разведённым. Озадачившись вопросом, что капитан и его друг сотворили со своими женами, если одна ушла в мир иной, а вторая развелась, я представила себе грядущую сцену знакомства и тотчас вспомнила незабвенный танец со стулом в исполнении звезды советского кино шестидесятых, когда её киногероиня попала в подобную ситуацию. Чтобы не обижать заботливую кузину и лишний раз не навлекать на себя гнев престарелой тётушки, которая гневалась по любому существующему и отсутствующему поводу, я сказала, что уже переписываюсь с неким мужчиной, поэтому не хочу подавать призрачные надежды знакомому капитана. Дочь, воспользовавшись моим замешательством, напомнила, что подыскивает кавалера в интернете, на что я, разозлившись, ответила:

— Тогда уж ищи англичанина!

— И то правда, — отреагировала Маша. — Зря что ли ты упиралась на курсах.

Я махнула рукой и счастливо забыла об этом разговоре, как о глупой перепалке, поэтому, когда дочь через пару недель позвонила и завопила в трубку, что нашла шикарного англичанина, владельца скобяной лавки и кларнетиста, живущего в приморском городе на берегу пролива, не сразу поняла, о чём и о ком идет речь.

— Попрактикуешь свой английский, а там видно будет, — заявила дочь в качестве веского аргумента.

Так я попала в переделку по имени Джеймс Монтгомери. Справедливости ради, замечу, что, когда я собралась ехать в Гастингс, дочь заволновалась и даже начала отговаривать, кляня себя, что втянула родную мать в авантюру.

Разумеется, я не рассказала все эти подробности инспектору Нейтану. Во-первых, они не имели прямого отношения к делу, а во-вторых, у меня бы просто не хватило на это моральных сил и словарного запаса. Но я попыталась объяснить, почему-то посчитав это важным, что вовсе не хотела знакомиться таким способом, хотя решила, что могу нанести Джеймсу ответный визит, после того как мы встретились с ним в Петербурге.

— Вот и нанесла… — подытожила я первую часть своей истории.

— Да, визит получился не очень удачным, — согласился Нейтан.

При любом результате я получила встряску, которая так или иначе изменит, уже изменила мою жизнь. Такое не забывается и либо дает энергию для перемен, либо лишает её совсем. Сейчас я, как ни странно, ощущала не потерю, а что-то иное. Я сделала глоток остывающего кофе и встретилась взглядом с Нейтаном.

— Мне бы очень хотелось узнать, что случилось с Джеймсом, — сказала я, потому что действительно этого хотела.

— Мне бы тоже, — кивнул Нейтан.

— Но хоть что-то известно? Какие-то детали, что-нибудь об этом Раскине или о матери Джеймса? — спросила я.

— Или это тайна следствия? — добавила через некоторое время, поскольку инспектор сосредоточенно попивал свой кофе, задумавшись о чём-то, игнорируя мои насущные вопросы.

— Или я подозреваемая? Но в чём?

— Вы, Асья, свидетель, но пока не ясно чего, — наконец разродился Нейтан. — Вы меня понимаете?