Онлайн книга «Благовест»
|
— Это лишь стечение обстоятельств… — Верочка, ГПУ таких сантиментов не ведает. Вера сникла. Как же все так поворачивалось? Почему все было опасно, несправедливо, зыбко? Все всегда работало против них. — Что же делать? Ларионов о чем-то размышлял и колебался. — Иди позавтракай, – вдруг сказал он. – Кузьмич натопил баню – тебе надо смыть груз вчерашнего дня. Я тоже после напарюсь. А потом обсужу с тобой один серьезный план. Тянуть далее опасно… Вера почувствовала необъяснимый холодок в груди. — Хорошо, – смиренно сказала она. – А что с Рябовой? Ларионов помолчал: — Мы вызовем ее на разговор и решим. Она, конечно, плохо поступала… Но, думаю, Грязлов ее сильно запугал. — Да, – протянула Вера, – он ее запугал… И все же… Она посомневалась, но потом словно пробудилась от мыслей. — Еще одно! Я смогу поехать в Сухой овраг к друзьям? Ларионов поднялся с кровати и посмотрел на нее сверху вниз, заправив руки в карманы галифе. — Думаешь, ты уже достаточно оправилась? — Могу хоть сейчас поехать! – Вера соскочила с кровати. Он оглядел ее в своей рубашке. — Простите, – сконфузилась Вера, – но вся моя одежда в бараке. — Не смущайся, – сказал он, но глаза его подернулись знакомой пеленой. – Ступай завтракать, а Федосья принесет одежду. Я иду в администрацию – буду там. У нас куча дел с криминалистом. Если буду нужен, присылай Федосью. Либо иди прямиком после завтрака в баню. И захвати в качестве банщика Польку – она шустрая. — Хорошо, – покорно кивнула Вера, провожая его глазами. «Что это еще за разговор?» – встревожилась она. К полудню у Ларионова уже были предполагаемые «пальцы» Грязлова. Во всяком случае, эти же отпечатки по предварительной экспертизе совпали с отпечатками на винтовках. Руины сгоревшей конюшни оцепили. Криминалист курировал раскопки, так как обычные работяги могли уничтожить улики. После бани Вера получила одобрение Ларионова посетить Сухой овраг и взять с собой Польку под строгим надзором Кузьмича и Федосьи. Больше отправлять в качестве дуэний было некого. Они катили через лес. Начинался легкий снегопад. Долго ехали в молчании. Вера безучастно смотрела на «тропу жизни» с зарубками, не в силах думать ни о чем, кроме судьбы друзей и Ларионова. Чувствовала странную атмосферу, возникшую после этой ночи развязки в деле об убийстве Анисьи и поджоге барака. И хоть не осознавала степени своего потрясения от случившегося, и на поверхности все вроде бы оставалось прежним, что-то изменилось в ней навсегда. И во всех этих людях: и в Клаве, и в Денисе, и в Ларионове. Они будто за ночь повзрослели. Но изменения в каждом происходили ежечасно, и потрясение лишь проявило то, что долго зрело и пестовалось. Вера видела, как заматерел за год Ларионов, как научился управлять своим гневом и сиюминутными эмоциями. А она, Вера? Что стало с ней? Легковесное и азартное отношение к конспирациям развернулось в опасную драму, в которой лишь по счастливой случайности никто не погиб. Вера только теперь, прокручивая всю свою годичную жизнь в лагпункте, видела многое будто со стороны. И почти в каждом своем шаге находила безответственность и гордыню. Они с Клавкой походили на детей, начавших игру со спичками возле пороховой бочки. Шпионский матадор чуть не стоил всем жизни и, не исключено (что было особенно страшно осознавать), подставил Ларионова. Возможно, лишь несколько часов отделяли его теперь от санкций. |