Книга Благовест, страница 140 – Алиса Клима

Вера приложила маску к лицу и загадочно улыбнулась.

— Дак то ж художественный ход, гражданин начальник! – сказала поспешно Клавка.

— Идея пришла режиссеру?

— Нет, – ответила Вера, глядя ему прямо в глаза. – Идея моя.

Ларионов окинул ее полным желания взглядом.

Клавка подмигнула Вере и побежала к Файгельману. За время репетиций они как-то незаметно сблизились.

— Григорий Александрович, наверное, я пойду в барак, – сказала Вера. – Из меня словно все силы вышли.

— Еще бы! – улыбнулся Ларионов. – Отыграли без антракта. Не возражаешь, если провожу? Все равно иду с Прустом в дом…

Вера кивнула. Они сошли со сцены и двинулись к выходу. К ним присоединился доктор Пруст. В дверях все еще стояли Касымов и Фролов, дожидаясь, пока все заключенные выйдут из зала.

Вера уже почти в проходе дернула Ларионова за рукав гимнастерки.

— Да, Верочка? – Ларионов взглянул на нее, она мотнула головой в сторону охры. – Понял. Касымов, поди. – Касымов подошел и взял под козырек. – Касымов, никто не выходил во время спектакля?

— Никак нет, товарищ комиссар.

— И не пытался? – не выдержав, вмешалась Вера, и Ларионов невольно приобнял ее за талию, поскольку она вынырнула из-под его руки и влезла между ним и Касымовым.

Касымов смотрел на Ларионова.

— Ну? – не выдержал Ларионов. – Язык проглотил?

— Никак нет, товарищ комиссар, не проглотил, – с тревогой ответил Касымов. – Товарищ лейтенант хотел выйти, но мы не пустили. Вы же не велели никого…

— Какой лейтенант? – спросил Ларионов.

Вера буравила взглядом Касымова.

— Лейтенант Грязлов, товарищ комиссар, – невозмутимо сказал Фролов.

Ларионов невольно посмотрел на Веру. Она отвернулась и вышла из зала. Ларионов и Пруст последовали за ней.

Вера шла в задумчивости. «Он почуял! Да, именно, волк почуял флажки. Что-то тут не так с конюшней… Там что-то есть. И он хотел туда пойти. Надо что-то делать – и быстро!»

— Верочка, – воодушевленно заговорил доктор Пруст. – Признаюсь, давно не получал такого удовольствия, как сегодня! И вам, Григорий Александрович, я особенно благодарен за возможность приехать и посмотреть это искрометное шоу. При вас лагпункт расцвел…

Ларионов словно не слышал Пруста, а все следил за Верой и не мог забыть слова Фролова. «Грязлов – единственный, кто хотел выйти посреди спектакля. Зачем? Вера видела его выходящим в прошлом году, когда сгорел барак… И ведь это она заставила меня поставить часовых на входе. Она точно знала, предвидела его маневры…»

— Доктор. – Вера остановилась. – Прошу простить меня – мне срочно нужно по делам!

Она поспешно зашагала к бараку.

— Опять что-то задумала, – покачал головой Ларионов и вздохнул.

— Такова уж ваша зазноба, – засмеялся Пруст, и они направились к дому Ларионова – ужинать и разговаривать.

Вера вбежала в барак. Многие заключенные уже были на месте. Она плюхнулась рядом с Инессой Павловной.

— Вот кошмар! Вот ужас! – достаточно громко сказала она в сердцах. – Новая комиссия приедет через неделю!

— Что случилось? – недоумевающе спросила Инесса Павловна.

— Так если бы я знала! – воскликнула Вера.

Клавка спрыгнула с нар и слушала Веру.

— «Сон в летнюю ночь» продолжается? – спросила она.

Вера нервно кивнула. Клавка присела возле Инессы Павловны и посмотрела на Рябову. Та копалась в своей сумочке.