Книга Операция «Рагнарёк», страница 416 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

— И не задела, — пожал плечами Крис, — но я не стану тебе лгать, я не вегетарианец.

— Я знаю, — прошептала девушка, — но это ничего не меняет.

— Чего не меняет?

— Ничего.

Она поднялась с дерева и оправила юбку.

— Поздно уже. Я отвезу тебя домой.

— Не нужно. Я провожу тебя до машины и останусь…. Погулять. Домой на такси доберусь. Чертовски был рад увидеть тебя, Синди.

Девушка снова поглядела на него, и Крису показалось, что в глазах у нее блеснули слезы.

— Много лет прошло, я знаю, — сказала она, — но я верю, что все еще можно вернуть. Нет, не отвечай. И не провожай меня. Не сегодня. Мы еще увидимся, Крис. Удачи.

Она скользнула в темноту, и Крис проводил ее долгим задумчивым взглядом.

97. Малый Николопесковский переулок. Москва. Маша

Сборы в поездку и прощальные напутствия Регента заняли больше времени, чем Маша рассчитывала, и с Зоей Сергеевной они встретились уже в аэропорту Руасси – Шарль де Голль, перед самой регистрацией. Запланированная экскурсия по Парижу отменилась, о чем Маша не очень сожалела, предстоящая встреча с представителями «Черной Башни» в Москве занимала все ее мысли.

От помощи Вэйнврайта с обустройством и организацией встречи они отказались. Лорд Регент и так слишком большое влияние оказал на формирование структуры «Башни», а Маша считала, что объединения новых магов должны стать новой силой, свежей струей, вливающейся в мировую систему магии. И никакие Кланы и Ордена не должны диктовать им свою, основанную на давних предубеждениях и старых склоках политику.

Так что присутствие Зои Сергеевны, и вправду, оказалось незаменимым. Еще из Парижа она договорилась с одной из своих университетских подруг, предложив ей обменяться жилплощадью на время отпуска. Благодарная подруга, которой Зоя, с Машиной помощью, разумеется, оплатила мечту жизни, поселилась в небольшой квартирке в центре Парижа, а Зоя с внучкой и ее другом получила возможность тихо и незаметно въехать в «двушку», не слишком ухоженную, зато расположенную в самом центре города, в Малом Николопесковском переулке. Место здесь было тихое, но уже в пяти минутах ходьбы шумел Арбат.

Бобби, которому таксист помог затащить сумки на пятый этаж без лифта, уселся на покрытый полосатым ковром диван, утирая пот, и исподтишка разглядывал Зою Сергеевну, видневшуюся через открытую в другом конце коридора дверь кухни.

Медведей на улицах Москвы Бобби встретить не ожидал и пьяных мужиков в лохматых треухах с балалайками – тоже. Но «бабушку» он себе представлял по иллюстрированным изданиям детских сказок, хранившихся в Машиных полках: полненькой старушкой с узлом седых волос на затылке и добрыми морщинками вокруг подслеповатых глаз.

С глазами он почти угадал, в самолете Зоя Сергеевна углубилась в книгу, надев на тонкий породистый нос очки в узкой золотой оправе. Волосы она красила в прилично-светлый цвет, элегантная стрижка почти до плеч очень шла к ее моложавому лицу с едва наметившимися морщинками. Подтянутую фигуру подчеркивали выглаженные голубые джинсы и белоснежная рубашка почти мужского покроя, вместе с мягкими коричневыми мокасинами воплощавшая ее представления о дорожной одежде. В большой кожаной сумке, кроме томика «Трех Мушкетеров» на французском, лежали планшет и толстый блокнот, в который она заносила свои мысли, если в современных устройствах садились батарейки. Своим возрастом – шестьдесят пять – Зоя явно гордилась именно потому, что даже пятьдесят ей можно было дать с большой натяжкой. И то, скорее по солидности манер и уверенности мнений, чем по внешним признакам.