Книга Операция «Рагнарёк», страница 412 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

— Может, — улыбнулся Шемет, — но не всегда. А что Синди? Она ищет Путь?

— В том-то и дело, что вроде бы нет, — нахмурилась Саша, — она вообще ничем, кроме своих вышивок, не интересуется, на приемах и тусовках бывает только когда избежать этого невозможно. Она… Знаешь, она, наверное, просто ужасно добрая. Кто ее такую обратил, ума не приложу.

— Это не самое плохое, что можно о ком-то сказать, — заметил Войцех.

— Наверное, — кивнула Саша, — вот только, если Кэшу или дяде будет грозить опасность, я предпочту не быть доброй. Понимаешь, о чем я?

— Кажется, да, — согласился Войцех, вспоминая, как фламберг Мелисенты вошел в грудь Фариду. В тот момент ему вовсе не хотелось увидеть в глазах возлюбленной сожаление или раскаяние, — и, все-таки, это лучше, чем вырвавшийся на волю Зверь.

— Мне кажется, что Зверь Синди – это хомяк, — рассмеялась Бруха, — но я, вероятно, преувеличиваю.

96. Парк «Золотые Ворота». Сан-Франциско. Крис

Синди приехала, когда особняк уже опустел. Первой мыслью Криса было пригласить ее в дом, но ему показалось, что это будет неловко. Много лет прошло с тех пор, как ему приходилось задумываться о приличиях и этикете. Даже те дамы, которые родились задолго до эры компьютеров и мобильных телефонов, уже не считали чем-то зазорным заглянуть на огонек к знакомому мужчине. Тем более к одному из Сородичей, которого вряд ли мог обуять внезапный порыв страсти. Но Синди была не просто из другого времени, она была из его юности, из той поры, когда право проводить ее по тропинке под цветущими яблонями до отцовской фермы казалось величайшим доверием и доказательством серьезности отношений.

Синди, вероятно, тоже чувствовала это, поэтому отвезла его в парк, где вместо яблонь цвели магнолии, наполняя летнюю ночь сладким тропическим ароматом, а аллеи были темны и пустынны. На ней была белая вышитая блузка и длинная шелковая юбка, медовые волосы свободно стекали по спине до самого пояса – прежде Крис никогда не видел их распущенными. Он не особенно разбирался в моде, но на его взгляд она выглядела вполне современно. И все же, ее наряд неуловимо напоминал те платья, в которых он кружил ее в вальсе в маленьком салуне.

По дороге они молчали. Синди водила неплохо, но очень внимательно и сосредоточенно, словно эта наука давалась ей с трудом. Крис подавил желание предложить девушке сменить ее за рулем, подумав, что она может посчитать это попыткой продемонстрировать свое превосходство. Крис слегка улыбнулся, вспоминая бесшабашную манеру Моники, которая как-то заявила, что она ездит по правилам, но только она одна знает, по каким.

А потом они гуляли по аллеям, и рука Синди как-то незаметно оказалась в его руке, и Крис так и не мог вспомнить, кто из них первый протянул другому ладонь. И он привычно подстраивал свой шаг под ее походку, плавную и неторопливую, прислушиваясь к тихому перестуку каблучков по асфальту.

— После того как тебя…. Как это случилось, — тихим голосом рассказывала Синди, — я три дня пролежала в горячке. И не простилась с тобой. А когда встала, от меня все так тщательно старались что-то скрывать, что я сразу заподозрила неладное. Выпытала у Джонни за банку варенья, которую стянула у матери.

Крис с удивлением поглядел на девушку. Она даже в детстве ни разу не брала чего-то без спроса, а попавшись на какой-нибудь невинной шалости, не лгала и принимала наказание безропотно. А вот ее младший братишка Джонни варенье таскал не только из материнской кладовки.