Книга Серебряная кожа. Истории, от которых невозможно оторваться, страница 10 – Элеонора Гильм

Он сжал кулаки.

— Людям не верю. Я тогда сбежал. Нору выкопал и сбежал. А то бы повесили… Далеко от деревни родной убёг.

Черноволосая провела ласково по лицу его, шутливо дернула бороду.

— Ты прости, если обидела грубым словом. Хватит печалиться! Давай научу по-нашему свистеть. Будем разговаривать.

Всю ночь она учила Иннокентия говорить по-нерпиному. Он свистел, выл, но крик его оставался криком усталого мужчины, а не зверя.

— А сколько ж годков тебе? – вдруг вспомнил Иннокентий.

Черноволосая рассмеялась и сказала лишь:

— Я долго тебя искала.

Еще несколько ночей Черноволосая прижималась к его жадному телу, каждый раз будто последний, шарила горячими губами, втягивала родной запах. Закончился август, и Черноволосая пропала. Иннокентий до самых морозов выходил к берегу и звал свою красавицу. А потом обнаружил возле своего крыльца корзину, сплетенную из камыша.

* * *

На весь двор звенел женский крик:

— Муж, иди к столу.

— Сейчас приду. Не вопи как полоумная.

Мужчина ополоснул руки и зашел в избу. Русоволосая женщина подала ему полотенце.

— Ешь, хозяин.

Варево в миске исходило густым паром. На другом конце стола стучал ложкой ребенок лет трех:

— Исть качу.

— Сейчас, золотце, накормит тебя мамушка.

— Не терплю, когда ты так говоришь… Пакостно!

— Что ж рычишь все, Кеша? – женщина погладила большой живот.

— Не нужна ты мне… С малолетства талдычила: возьми замуж. Взял. Мало?

Мужчина говорил негромко, да в голосе его читалось многое.

— Мало! Думала, о бабе той забудешь. А ты на меня и не глядишь!

— Лизавета!

— Ребенка, как своего, ращу. Куда распутница делась? Отчего дочь оставила тебе?

— Хватит!

Женщина глотала слезы, ребенок испуганно примолк.

Поздним вечером Иннокентий сидел на берегу. Иногда издавал тихие звуки, но лишь чайки кричали ему в ответ.

— Хацу с тобой, тятя! – Девчушка вскарабкалась на камень и пристроилась рядом.

— Пошли домой, замерзнешь, доченька. – Он взял маленькую руку в свою большую ладонь, но не двинулся с места.

Безбрежные глаза доверчиво смотрели на него, и месяц отражался в их темном омуте. Несколько лет назад он нашел дитя и принял этот дар от Черноволосой. Отчего она бросила дитя? Вернулась к сородичам и плескалась в байкальских волнах? Иннокентий простил ее за все содеянное и несодеянное.

Каждый день он сидел на берегу озера и надеялся на чудо.

2020

Жемчужина Акоа

Я – порождение моря.

Теплые волны ласкают мое тело, щекочут впалый живот. Крепкие руки и ноги движутся в такт колыханиям волн.

Я охочусь за дарами моря. В сети, сплетенные отцом, попадают мелкие рыбешки. Острога в моих руках опасна для обитателей вод, что отливают всеми цветами заката. Улов кормит меня и Сиа, мою робкую сестру.

Главная ценность сокрыта на дне моря. Колдун Иика рассказывал легенду. Раз в сто лет сердце храбреца превращается в огромную Триарму, и та взращивает в чреве своем чудо.

Почти каждый день я поднимаю на поверхность раковины, нахожу жемчужины. Они малы. Мне нужна Триарма и розовая жемчужина размером с кулак девы. За добычу положена награда, и я, Акоа, сын Акоа, добуду эту жемчужину.

Семнадцать лет назад длинноволосая Маира произвела меня на свет, и волны целовали ее ноги. Меня окунули в соленую воду, чтобы стал смелым охотником за жемчугом.

Каждый вечер я возвращаюсь в хижину с уловом. Его непросто затащить по шаткой лестнице, что отделяет ложе от моря. Но я привык.