Книга Изгнание, страница 26 – Елена Бауэр

— Как Эрни с Даки? – поинтересовалась Аликс.

Государыня впервые вышла к общему обеду после родов и выглядела уже вполне окрепшей, с румянцем на щеках. Свои душевные терзания по поводу пола ребенка она никому не показывала. Родственники также тщательно прятали свое разочарование за улыбками. Но прячь не прячь, было очевидно, что все ждали наследника. Нынешний Цесаревич, брат Императора Георгий, был безнадежно болен, а младший Миша – слишком юн и находился под абсолютным влиянием матери. Для упрочения положения и общей стабильности Государю нужен был сын. Тем не менее новорожденная была настолько прелестна, что невольно заставляла забыть, что ей предпочли бы мальчика.

— Передают вам горячие приветы и поздравления! Маленькая Элла становится все краше, очень похожа на Даки. Вы знаете, какой Эрни сумасшедший отец, только что в зубах ее не носит! Я не могу без смеха вспоминать, как они красили детскую комнату. Помните?

— Да-да, нам стоит повторить этот трюк со своими девочками, – рассмеялся Ники. – Я не помню, как она давала ему понять, какой цвет ей нравится? Ей же было несколько месяцев отроду. Протягивала к нему ручку?

— Смеялась или радостно взвизгивала… – пыталась припомнить молодая мама с теплой улыбкой.

— Я раньше переживала, что Даки ведет себя слишком независимо, но, с другой стороны, она всегда такая была, – продолжила Элла. Сестры тревожились из-за вдруг распространившихся слухов, что брак брата трещит по швам. – Эрни старается во всем ей угождать. Надеюсь, злые языки лгут про их разлад. Мы, в общем, ничего страшного не заметили, наслаждались их компанией, гуляли в Гайд-парке, Сережа ездил с ними в салон живописи…

— В этот раз мало было хороших вещей, – пожаловался Великий Князь. – Буквально две-три достойные работы. Кстати, Кирилла тоже видели. Пили с ним чай у Мари в саду. Наш моряк сам на себя не похож. Очень конфузится и удивительно молчалив.

Павел тут же вспомнил, как краснел племянник при виде Даки во время коронационных торжеств. Уж не он ли был причиной семейных неурядиц гессенской четы? Но Пиц решил помалкивать. В таких делах, как на весеннем льду Финского залива, каждое неловкое движение может оказаться фатальным.

— Любопытно, в кого это он вырос такой стеснительный? – улыбнулся Ники.

Павлу почудилось, что Царь намекал на недавнюю бесцеремонность родителей Кирилла, Владимира и Михен, в театре. Пиц сделал вид, что понятия не имеет о том случае. И о госпоже Пистолькорс вдовец молчал, старательно изображая, что совершенно охладел к той давней истории.

— Кто из адъютантов с вами ездил? – живо поинтересоваться он, чтобы предотвратить развитие темы с театром.

— Сумароков с женой, – даже Сергей не уловил хитрого хода младшего брата.

— Кстати, с Зинаидой Николаевной произошел курьезный случай. Ее шикарные драгоценности потеряли, и она в первый вечер была на обеде без единого украшения, – вспомнила Элла про историю, приключившуюся с княгиней Юсуповой.

— Представьте, какого ей было сопровождать мою жену, на которой слепила глаза наша фамильная тиара с мамиными изумрудами.

— Та самая? Твой свадебный подарок? – уточнила Аликс.

Сергей утвердительно кивнул.

— Да, она моя любимая. Ежели княгиня сказала бы раньше, я бы одолжила ей любой гарнитур! Но выяснилось все только на приеме. Надо сказать, несмотря на ситуацию, держалась Зинаида Николаевна вполне уверенно. Такой красоте дополнительный декор не требуется. – Элла гордилась тем, с каким спокойным достоинством подруга приняла случившееся.