Книга Изгнание, страница 119 – Елена Бауэр

Ольга, пропустившая часть разговора, не могла уловить нить обсуждения и покинула спорщиков, увидев очередных знакомых.

— Типичное заблуждение марксистов, – Александр Михайлович галантно обошел крутившееся на языке слово «чушь». – Это невозможно! Нужно совсем не знать наш православный народ, чтобы предположить, что он может отказаться от веры, от заповедей Божьих.

— Всё можно внушить, любую идею. Можно убедить людей, что машинка для подкрутки ресниц совершенно необходима в любом домохозяйстве или что белое – это черное, добро – это зло, и что Бога нет – тоже можно внушить. Тогда у тех, кто сражается за правое дело, не будет нужды копаться в душе и оглядываться на заповеди. Они перестанут сомневаться или испытывать муки совести, когда поднимут на вилы эксплуататоров и разрушат храмы старой веры.

— Вы не изобрели ничего нового. Все уже было. Почитайте «Бесы» Достоевского. К счастью, вся эта агитация работает только на студентиков и прочие неокрепшие души, – немного наигранно рассмеялся Сандро. Даже ему от слов незнакомки было не по себе.

— Может быть, это была лишь проба пера…

К счастью, к ним уже спешила хозяйка приема, которая пригласила гостей в другую залу, на выступление Айседоры Дункан, прервав опасную дискуссию.

Во время перформанса Павел не мог не думать о словах Сандро о Савинкове, разглядывая при этом инфернальную незнакомку, которая расположилась недалеко от них. Он видел ее лицо в пол-оборота. Черты ее отличались идеальными пропорциями, но впалые щеки, острые скулы и большие, глубоко посаженные глаза холодного стального цвета навевали на Великого Князя ужас. Его Императорское Высочество признавал, что внешность дамы была более аристократична, чем, допустим, у его круглолицей кузины, королевы эллинов, или у родной сестры Марии с ее пухлыми щеками, тем не менее, несмотря на элегантную красоту, женщина его пугала. При этом Павел не мог отвести от нее глаз, как не может не смотреть путник на гадюку, вдруг выползшую перед ним из травы.

— О чем она говорила? – шепотом спросила Великого Князя супруга. – О приходе антихриста?

— Нет, с чего ты взяла?

— А разве вы не Апокалипсис обсуждали?

— Нет, она говорила, что Православие стоит на пути революции…

— Это для нее открытие? – усмехнулось Ольга. – А сколько важности и пафоса! Ей бы курить поменьше, а то голос жуткий, как из преисподней.

После чувственного танца полуобнаженной американки Винаретта вновь увлекла графиню Гогенфельзен, чтобы представить очередного модного представителя парижской богемы. Когда Ольга вернулась, Павла не было на месте. В первые минуты супруга не переживала. У Великого Князя было множество знакомых, он наверняка затерялся в одной из шумных компаний. Но через какое-то время, так и не найдя мужа, Ольга запаниковала. Она вдруг вспомнила, как побледнел супруг, когда Сандро упомянул про убийцу Сергея.

Графиня поспешила вниз. Ей сообщили, что Великий Князь, забрав свое пальто с соболиным воротником и цилиндр, уехал на их автомобиле. Водители рядом стоящих машин, хотя и не были в этом полностью уверены, будто бы слышали, что Его Императорское Высочество приказал ехать в Ротонду.

По спине Ольги пробежал холодок ужаса.

I

Павел ехал на заднем сиденье, погрузившись в свои мысли. Мимо проносилась вангоговская синева ночи с желтыми звездами огней зимнего Парижа. Вдруг мотор остановился.