Книга Абсолютное оружие, страница 81 – Дарья Кузнецова

— Глупые вы все, — улыбнулась Тамми. — С чего вы вообще это взяли?

— Ну, как бы… ты так на него смотришь! Да и никогда не отрицала, — растерянно вытаращилась на неё медик. — Нет, она правда никогда не возражала, — обернулась она уже ко мне, как будто я пыталась спорить.

— А зачем? — философски пожала плечами штурман. — Я «так» на него смотрю просто потому, что… ну, а на кого ещё можно так смотреть? Он ведь красивый, невероятно красивый именно вот в этой своей «зверскости», я каждый раз как его вижу, страшно жалею, что не умею рисовать или как-то иначе художественно воплощать свои мысли. Мне дико, что кто-то этого может не видеть, и обидно, что я не могу помочь увидеть! Он даже по сравнению с остальными горячими выделяется, с тем же Киршем; одно слово, шер-лорд. А ещё он восхищает меня как личность; он же управляющего отнюдь не за глаза и физическую силу получил, он же герой Цалейского сражения, да и вообще всей последней войны. И, опять же, это пример того, как человек сам сделал свою личность; в юности-то он не был таким уникально мудрым, обычный себе горячий. Я им с Танарской операции восхищаюсь, я всю жизнь мечтала с ним работать, штурманом на флот пошла только ради этой мечты. Совсем не потому, что влюбилась, а просто потому, что он объективно лучший капитан едва ли не за всю историю флота, и у него есть, чему поучиться, — пылко закончила она и, запыхавшись от торопливой речи, шумно фыркнула, сдувая с лица чёлку.

Мы с Илей озадаченно переглянулись. Не знаю уж, чему удивлялась медик, а я сделала себе зарубку в памяти хотя бы в общих чертах ознакомиться с новейшей историей новой родины. А ещё я почему-то не ожидала, что у Райша есть реальный, объективный боевой опыт. Точнее, не только у него; я не думала, что тут в принципе бывают серьёзные крупные войны. Почему-то решила, что раз у них сейчас единое государство и всё так утопично, то так оно всегда и было. Может, у них и внутренние войны были? Сейчас-то они наверное с йали дерутся, а раньше? Не начали ведь они придумывать оружие только тогда, когда наткнулись на внешних врагов! Они бы просто не успели научиться воевать.

— Знаешь, я никогда не задумывалась, за что капитан звания получил, — медленно проговорила Иля. — Но если ты ожидаешь, что меня эти подробности могут утешить, напрасно. Теперь у меня есть ещё больше поводов его бояться, — вздохнула она.

— Да ничего я не ожидаю, я тебе объясняла, что влюблённостью тут не пахнет; ну, если только совсем немного. Но, конечно, очень обидно, что у горячих с личными отношениями всё так плохо. Такие мужики пропадают, — захихикала Таммили, несколько разряжая серьёзность разговора. Рановато, у меня ещё один серьёзный вопрос зрел, и раз уж тема зашла.

— Тамми, скажи, а у вас вот такая, как у капитана… патриотичная правильность, это очень распространённое явление?

— В смысле? — вскинула брови штурман.

— Ну, общественные интересы превыше личных, причём вполне искренне и убеждённо? Капитан, да и ты, помню, что-то такое об общественном благе говорила.

— Как тебе сказать; всякие люди попадаются. Ты просто помни, в какое место попала. Это же флот, сюда с другой моралью просто не попадают. Не потому, что как-то её, мораль эту, кто-то проверяет; просто сами не идут, потому что знают — не потянут, не смогут без раздумий сложить жизнь, здоровье, личное счастье и счастье близких во имя блага какого-то абстрактного большинства. А если вдруг попадают, то очень быстро отсеиваются, особенно те, кто идёт ради престижа, ради карьеры, ради денег. Здесь очень хорошо видно таких людей, и здесь они выглядят на общем фоне довольно гадко. Но на этом корабле ты таких точно не увидишь, и это, опять же, крайность. Большинство людей просто не задумываются над этим вопросом, живут как могут, стараются — по совести; нас так с самого детства воспитывают. А служить с шер-лордом рядом, тем более с управляющим Райшем, это привилегия, но одновременно большая ответственность, а за трусость сдерут три шкуры. Тут даже вспомогательные службы такие же. Вон, хоть на Илю посмотри; уж на что трусишка, но это пока на рабочее место своё не встанет.