Книга В этом поезде каждый – подозреваемый, страница 111 – Бенджамин Стивенсон

Ухватившись за железные перила, я перемахнул через них и с хрустом приземлился на насыпи.

У меня не было времени подумать о том, что поезд укатил вдаль, оставив меня на солнцепеке, без пищи и воды, в сорока километрах голой пустыни от ближайшего города. Или о том, что я в одиночку бросился в погоню за возможным убийцей, да еще и пешком, а у него есть машина. Я действовал инстинктивно, на одном адреналине.

Я подозревал, что кража рано или поздно произойдет, только не знал, когда именно. Но, увидев тень в «лендкрузере», я вспомнил, что Синтия задремала на стуле, и понял, что это случилось. Быстрый взгляд за спину Хатча в купе Уайатта – это все, что мне требовалось: на столе было пусто. Рукопись «Жизнь, кровь и виски» пропала.

Я помчался вдоль рельсов – поезд провез меня мимо «лендкрузера», и мне пришлось возвращаться. Грохот «Гана» затих, и я расслышал завывания автомобильного мотора, который кто-то отчаянно пытался завести без ключа, но увидел мое приближение, и провода выскользнули из потных пальцев. Я был, наверное, в пятидесяти метрах от автомобиля, когда угонщица прекратила безнадежные попытки, быстро взглянула на меня, перебежала дорогу и бросилась в пустыню, к шахтам.

— Лиза! – закричал я. – Подождите!

Я тоже отклонился от дороги и пробежал мимо огромного знака с черепом и перекрещенными костями, предупреждающего: «Опасно. Открытые шахты. Не ходите пешком». Лиза была впереди, но дистанция между нами сжалась примерно до десяти метров. Я смотрел под ноги, но старался не упускать ее из виду. Повсюду открывались отвесные стены ям с холмиками земли, насыпанными рядом. Лиза бежала осторожнее, и я постепенно догонял ее.

— Я знаю, что произошло! – снова крикнул я. – Пожалуйста, давайте поговорим!

Лиза не останавливалась, и я продолжал бежать, петляя между ямами и бугорками. Ближе, еще ближе. Я смотрел ей в спину. Секунд через тридцать я настигну ее.

Левая нога скользнула в сторону. Посмотрев вниз, я увидел, как земля под ногой стекает в глубокую темную яму. Отчаянно взмахнув руками, я с трудом удержал равновесие, а потом постоял еще секунду на краю, глубоко вздохнув от облегчения.

Когда я снова поднял голову, Лизы уже не было.

Я повертел головой, но так и не увидел ее нигде. Все поле опаловых шахт казалось пустым, заброшенным. Только вдали в яркое голубое небо поднимались тонкие комариные ноги кранов и буровых установок. Я прислушался. Никаких шагов.

Она не могла убежать от меня так быстро, я потерял равновесие всего на долю секунды. Может быть, упала? Тогда я бы услышал крик. Должно быть, она спряталась, притаилась где-нибудь за холмиком. Или даже перепрыгивала от одного к другому, возвращаясь в обход к машине. Или пробралась мне за спину. Я представил тянущиеся ко мне руки и резко развернулся. Никого. Только я и сотни безмолвных холмиков.

Я осторожно двинулся вперед, теперь уже больше думая не о скорости, а о том, чтобы не шуметь, и заглядывая по пути за каждый холмик.

— Выходите, Лиза, – сказал я. – «Ган» уехал. Мы остались вдвоем.

Я шел по широкой дуге, позволяющей лучше разглядеть, что находится за каждой кучей земли. И вдруг заметил локоть. Неотчетливо, за три холмика от меня. Лиза и в самом деле пробиралась обратно к машине, перебегая от одного укрытия к другому, когда я отворачивался. Я видел ее лишь долю мгновения и решил отойти на шаг в сторону, чтобы проверить.