Книга Великая Библиотека, страница 96 – Анастасия Шелест

Я не смогу от него отвернуться, даже если захочу. Но я и не хочу.

Время растекается, останавливаясь в нашем маленьком персональном убежище. Тишина заливает комнату, размывая реальность.

Я приоткрываю рот и сдавленно выдыхаю, и этот едва различимый звук запускает ход времени, ускоряя его, словно в попытках наверстать.

Эрик порывисто наклоняется, врезаясь в мои губы. Его язык мгновенно проскальзывает в мой рот, сталкиваясь с кончиком моего. У меня темнеет в глазах, и тело бросает в чудовищный жар, уничтожающий мысли.

Впечатавшись лопатками в стену, я вскидываю руки, цепляясь за плечи Эрика, и жадно отзываюсь на напористый поцелуй. Его ладони хаотично скользят по моему телу, а пальцы стискивают до боли.

Резкий рывок выдергивает мою рубашку из-под юбки, а я прикусываю нижнюю губу Эрика, задыхаясь. Его руки проскальзывают по животу, обжигая, и сжимают талию, вырывая из меня хриплый звук.

Плотный узел внизу живота закручивается за мгновение, разливая по телу плавящее желание. Подчиняясь ему, я дергаю ворот рубашки Эрика и подаюсь вперед, прижимаясь к нему ближе.

Эрику приходится отпустить меня, но через мгновение на меня обрушивается ураган хаотичных прикосновений.

Мазнув языком по моему нёбу, Эрик отдергивает воротник моей рубашки, стягивая ее, и наклоняет голову. Пальцы сжимаются на груди, а губы впиваются в шею. Болезненные укусы чередуются с аккуратными прикосновениями языка. Он втягивает в себя кожу, а я запрокидываю голову, выгибаясь в пояснице.

Эрик проводит языком по ложбинке между ключиц, и из меня вырывается сдавленный стон. Горячие мурашки накатывают волной, утягивая в водоворот желания.

Я даже не пытаюсь осмыслить происходящее. Не замечаю, как мы сталкиваемся зубами, не понимаю, где сейчас руки Эрика – они словно сразу везде, гладят, сжимают, оставляют горячие следы. Задыхаясь, я прикусываю его нижнюю губу и потираюсь о него бедрами, полностью отдавшись безумному напору.

Звуки смешиваются – рваные вдохи, заглушенные полустоны и грохот спятившего сердца. Голова кружится.

Когда Эрик подхватывает меня под ягодицы, резко отрывая от пола, я это даже не сразу осознаю. Инстинктивно обнимаю его за шею и прижимаюсь ближе, ни на мгновение не желая прерывать поцелуй, а ноги обхватывают его торс. От такого сближения низ живота начинает пульсировать уже болезненно.

Развернувшись, Эрик делает пару слепых шагов и опускает меня. Приземлившись на столешницу, я на мгновение распахиваю глаза, тут же потерявшись в потемневших медовых радужках, и сдавленно выдыхаю. Я никогда не видела Эрика таким – от привычного хладнокровия и ледяного безразличия не остается ни следа. Жадный, затуманенный взгляд оставляет на мне горячие следы.

Шагнув ближе, Эрик дергает меня на себя, сдвигая на край столешницы, и коленом разводит мои ноги, прижимаясь плотнее. Тут же наклонившись, он цепляет губами мою шею и расстегивает пуговицы, распахивая края рубашки. Его губы вжимаются в мое плечо, а я стискиваю его волосы на затылке, с готовностью выгибаясь навстречу.

В сознание проскальзывает мысль о том, что мы неоправданно потеряли столько времени, и я успеваю зацепиться за нее, тут же пытаясь наверстать упущенное. Ладони смещаются к груди Эрика, и пальцы быстро просовывают пуговицы в мелкие прорези.