Книга Поймать балерину, страница 32 – Мария Зайцева

Я как раз обдумывала его предложение, когда меня увидел Дикий Даниэль.И одним взглядом разрушил все мечты.Два месяца с ним повергли меня в какое-то полуобморочное состояние, ужасное и тягучее. Все помыслы были направлены только на то, чтоб найти выход из клетки, в которую он меня загнал.Сбежать.Я не думала о будущем в тот момент, когда убегала от него.Я желала лишь вырваться из его лап. Не помнить. Не думать.Затем был Шербур и «Титаник».

И вот теперь у меня, словно в ответ на  мои молитвы, появилось время, чтоб прийти в себя.

Я продала часть драгоценностей, что дарил мне Даниэль, и теперь у меня  было достаточно средств для путешествия и даже для обустройства жизни на первое время в Нью Йорке.Мадлен, получив все необходимые документы о смерти мужа, тоже не стала задерживаться в Галифаксе.

В итоге, через две недели после высадки на деревянном пирсе Галифакса, мы уже ехали по железной дороге в вполне удобном вагоне второго класса.У Мадлен не было средств совершенно, но была надежда на выплату страховой.

Пока что за нее платила я, но в будущем она клялась вернуть мне долг сторицей, с процентами.Мне же не столько были нужны ее деньги, сколько поддержка. И та легкость и уверенность в собственных силах, которой она умудрялась заражать меня.Нью Йорк встретил пронизывающим ветром, что казалось странным в  конце апреля.

— Ох, что-то мне здесь уже не нравится, - поежилась Мадлен, с опаской косясь на крикливых нью-йоркских извозчиков, ловивших пассажиров прямо у дверей вокзала, - грязно так…

Я огляделась, тоже не найдя ничего интересного на улице, кроме здания вокзала и разнообразных заведений самого сомнительного свойства, махнула рукой ближайшему извозчику.

— Анни, ну что ты делаешь? – прагматичная Мадлен тут же сделала жест, оказываясь от услуг уже подлетевшего мужчины , одетого в странного вида картуз, - они тут дорогие наверняка! Пошли немного в сторону, там возьмем дешевле!

— Я устала очень, поехали, - возразила я и села первой в закрытую от ветра коляску.

— Ох, в хорошую гостиницу, милейший! – тут же приняла мое решение Мадлен, извозчик кивнул, запрыгнул на свое место позади коляски, свистнула плеть, и мы поехали по каменным улицам Нью Йорка, жадно разглядывая  окружающий нас город.

Надо сказать, что ничего особенно впечатляющего я не видела.Сплошные здания, без единого зеленого деревца, множество людей, бредущих по своим делам в разные стороны, ньюсбои и ньюсгерл, с газетами  бегающие чуть ли не под копытами лошадей, немного в стороне лежали горы снега, который как раз убирали люди в белой форме. Много торговцев, много рекламы, залепившей все стены, шум, гам и дым неизвестно откуда.

Город был большой и ошеломлял, пожалуй, больше , чем Париж.Или просто Париж мне казался чем-то настолько родным, уютным, что сравнение шло не в пользу Нью Йорка?

— О, Анни, как тут шумно и грязно!

Мадлен была уроженкой Польши, родилась в местечке под Варшавой, объехала всю Европу, но  таких больших шумных городов не видела до этого.Хотя ориентировалась все равно лучше меня.Сказывался опыт путешествий по Европе с мужем, представителем торговой компании.Мы подъехали к гостинице, расплатились с извозчиком и огляделись.

— А тут довольно мило, - заметила Мадлен, - и тихо.

В самом деле, улица была очень тихой, если сравнивать с привокзальными  каменными джунглями.По краям мощеной мостовой росли деревья, у каждого дома было не менее трех высоких крылец, ведущих к входным дверям.К гостинице вело одно такое крыльцо.