Онлайн книга «Жить в эпоху перемен»
|
— С этими-то? Душу всю из меня вынули, паразиты, — доверительно сообщила я слегка обалдевшим от такого поворота крышедержателям. — Хоть бы и делись куда — перекрещусь! Папаша, козел вонючий, смылся, возись теперь с его отродьем! Да я, ребята, честно, столько раз мечтала — отвалились бы они от меня все! — и я с надеждой посмотрела на рэкетиров: может, освободят они меня от отродьев? Спасут остатки дней не первой молодости? Они смотрели на меня как на ненормальную: не по понятиям, да и смена лексикона их явно озадачила… — Да нет, вы нас не так поняли. Мы такими делами не занимаемся, — припугнулся Малыш, — наше дело — охрана. Я отчетливо разочаровалась: — А-а… Ну что ж, охрана мне, конечно, нужна… Но вы же понимаете, миллион — это нереально. — А чё, ты в три горла жрать собираешься? — вскинулся совсем маленький с фонарем. В три горла я, естественно, не собиралась: нас было четверо. — Умолкни, Юрик, — посоветовал Малыш, — ну и сколько? — Двести! — щедро посулила я. — И знаете что? Давайте по безналу! И всем хорошо будет. Извините, ради Бога, Малыш, а как вас зовут? — Андрей, — удивился он. — А по отчеству? — Петрович, — с натугой припомнил сын Петра. — Видите ли, Андрей Петрович, — культурно продолжила я, — мои проблемы — это мои проблемы, но вам же надо аккуратно платить? — Вот и заплатишь, когда скажем, — высунулся жадный Юрик. — И какие такие двести? — Минуточку. Андрей Петрович, попросите, чтобы меня не перебивали. — Бедному Малышу явно нравилось быть Андреем Петровичем. Юрика я вельможно не замечала. «А чё, в натуре, — с трудом думала я на незнакомом языке, вживаясь в роль, — если я такая крутая, что ко мне рэкетиры явились, — с шестерой, что ли, базарить?» — Закройся, ты! — рявкнул Малыш, и маленький Юрик усох на стуле. — Ну? — Видите ли, Андрей Петрович, — совсем культурно продолжила я, — товар я беру по безналу. Торгую через кассу. Выручку — в банк. За наличку мне поставщики товар не отпустят — фирмы солидные. Миллион! Что такое сейчас миллион? Копейки. Но по безналу. А наличку я сама-то в руках держу, пока в банк еду. Ну, выну я этот миллион раз-другой, и все. Серьезно. Мне это надо? А вам? Глаза Малыша медленно застилала скука. Это он уже сто раз слышал. И что в ответ сказать — знал. А вдруг у Юрика в кармане раскаленные утюги уже наготове? — Так вот, Андрей Петрович, я могу только догадываться, через что вам пришлось пройти, чтобы добиться вашего нынешнего положения. Вы сильный человек, — Малыш приосанился, — и, поверьте, я много старше вас, незаурядный человек. Взор Малыша стал осмысленнее. Надо бы мне прибавить, углубить и расширить. — Вы явный лидер, явный. И вам бы, с вашим умом и внешностью, — одобрительно-оценивающе, как старшая сестра или молодая мать посмотрела я на него, — в приличном офисе бы сидеть. К такому, как вы, мы сами должны идти, и идти открыто, легально. И не дань нести, а идти за помощью, потому что если не вы — так кто же?! «Боже, помоги мне! — думала я в душевной панике, произнося уверенные слова. — Что я несу!» — Фуфло гонит чувиха, — змейски предупредил Юрик патрона. Малыш опять усомнился. — Фуфло… — горько повторила я вслед за Юриком. — Если бы! Если бы фуфло… Оглянитесь вокруг, — попросила я Малыша, — по рынку скоро пройти нельзя будет. Хулиганье, мелкие воришки, доморощенные рэкетиры валятся отовсюду. Нас давят со всех сторон, а где заступники? |