Книга На сердце без тебя метель..., страница 284 – Марина Струк

— Разве я когда-нибудь принуждал вас к чему-либо, ma Belle Voix? — бровь Александра при этом так знакомо изогнулась, что сердце Амели дрогнуло, уступая ему в который раз. — Даже нынче ты могла не приезжать в Заозерное, остаться в Москве. При ангажементе, обязательствах, желаниях… Как и написала мне.

Амели пристально смотрела на него, не произнося ни слова. Словно пыталась прочитать на лице своего любовника, что же стоит за этими словами. А потом, как обычно бывало при их ссорах, первой шагнула ему навстречу и смело обняла, пытаясь хоть так унять его боль, разгаданную ею без особых усилий. Она знала о тех демонах, что ранее терзали Александра. Но разве не удалось теплу ее объятий растопить лед, сковавший его душу несколько лет назад? Правда, нынче, она остро чувствовала это… нынче все было совсем иначе.

— Мне очень жаль, что так случилось. Но лишь потому, что это ранило тебя, mon cher ami, — тихо прошептала Амели.

— Откуда узнала? — резко спросил Александр, не поднимая рук и не отвечая на ее объятие.

— Тверь не так уж далеко от Москвы, как кажется. Слухи доходят быстро. — Показалось ли ей, или он действительно разочарованно выдохнул, опуская плечи. — Ежели бы я могла заставить их замолчать! Что они говорят! Эти злые языки!

А потом осеклась, понимая, что едва не допустила ошибку. Она могла мысленно жалеть его, страдая вместе с ним, но показывать свою жалость Александру не следовало. Никогда. Иначе он так же оттолкнет ее от себя, как и других.

— Что произошло? — Этот вопрос мучил Амели с того момента, как она услышала, что свадьба графа Дмитриевского расстроилась за пару дней до венчания. Большинство слухов, что ходили по Москве, молодая женщина сразу отвергла, так они противоречили тому, что она видела своими глазами в имении. Только один из них приняла во внимание.

— Я была права, mon cher ami? Она по воле матери шла под венец, против своего сердца? И сбежала отсюда не одна, не так ли? Был мужчина…

— Именно так судачат в Москве? Можешь смело выкинуть это из головы! Сущий вздор и нелепица! — вскинулся тут же Александр, сбрасывая ее руки. — Причина нашего расставания исключительно во мне. Я и никто иной. Можешь вторить именно этой сплетне! Да, наше супружество не состоялось, но по моей вине и только!

Но Амели не собиралась следовать его грубому совету. Напротив, теперь она была уверена, что с радостью подтвердит, коли речь коснется бывшей графской невесты, что именно та нарушила данное слово, и что слухи о побеге из-под венца с мужчиной верны. Ведь желание Дмитриевского даже перед ней защитить эту девицу вдруг обожгло обидой и ревностью. Эта девица не стоит того… не стоит!

— Ежели бы то были только сплетни, я с готовностью развеяла бы их. Но, увы, этот дым не без огня. Я сама видела их. И ее, и мужчину… Здесь, в имении. У грота Аполлона. Он…

Договорить она не успела. Дмитриевский вдруг налетел на нее, словно ураган, и схватил за плечи, больно вцепившись в кожу через ткань легкого летнего платья.

— Кто он? — прохрипел Александр, и Амели в ужасе застыла при виде того, что плескалось в его глазах.

— Я не уверена… Я видела издалека, и посему могу ошибаться, — быстро прошептала она, лишь бы он отпустил ее руки. И предугадывая следующий вопрос, добавила: — Это было на Лествичника, коли не ошибаюсь… Да, определенно был Лествичник, ведь тогда святили «лестницы».