Онлайн книга «На сердце без тебя метель...»
|
— Сломана кость, — резкий женский голос по соседству слева заставил Лизу повернуть голову в сторону говорившей. Эта была та самая женщина в летах, что разделила с ней в санях путь в имение. «Варвара Алексеевна Зубова», — вспомнилось Лизе. Подле Зубовой сидела девушка, которая возвращалась с охоты вместе с графом. Только теперь на ней была не амазонка из вишневого бархата, а открывающее плечи и грудь воздушное платье из прозрачного газа на бледно-розовом шелковом чехле. И Лиза снова залюбовалась этой девушкой: горделивой посадкой ее головы, красивым бледным лицом с тонким чертами в обрамлении идеальных локонов льняного цвета. «Belle comme une fleur»[31] — первое, что невольно приходило на ум. Подумав об этом, Лиза не могла не взглянуть поверх головы Пульхерии Александровны, склонившейся над тарелкой, на графа. Так же ли он восхищен этой красавицей, как и соседи по иную сторону стола? Так же ли очарован ее прелестью? И помимо воли ощутила легкий укол зависти. Если равнять девиц с цветами, то эта барышня была розой. А самой Лизе досталась бы роль… Но придумать цветок для себя не позволил скрипучий голос расспрашивающей ее женщины. Пришлось оставить эти мысли и вернуться обратно за стол, где уже подавали третью перемену блюд, а ее ответной реплики ждала не только соседка по саням. — Кость сломать — серьезное увечье, — продолжала Зубова, тщательно выговаривая каждое слово. — На выздоровление не одна неделя уйдет. К тому же кость ноги, а это значит — полная недвижимость. Полагаю, вы прервете свое путешествие до назначенного места, n’est ce pas?[32] — Это решение принимать не мне, мадам, — ответила Лиза, ощущая явную неприязнь к своей персоне со стороны пожилой женщины. Даже несколько стушевалась от холода и резкости ее голоса. — Коли madam maman выразит желание ехать далее… — Помилуйте, — вдруг вмешался Александр, и Лиза снова невольно удивилась, насколько тот свободен в своем поведении. Вновь расцвели в душе пышным цветом прежние опасения. «Царь и бог на своих землях по праву, а в губернии — по положению и по богатству…» — истина была в каждом слове, как она понимала сейчас, видя этого человека воочию. — Господин Журовский предельно ясно высказался по поводу увечья, полученного мадам Вдовиной. Увы, помыслить о продолжении пути в таком состоянии ныне не представляется возможным. Посему я полагаю самым благоразумным для вас — стать моими гостьями, покамест Софья Петровна не будет достаточно крепка для путешествия. — Вы так добры, Александр Николаевич, — раздался следом мелодичный голос девицы-розы, как мысленно окрестила ее Лиза. Граф криво улыбнулся. — Это вовсе не порыв душевной доброты, ma chère mademoiselle Lydie, а дань долгу. Случись такое происшествие в Вешнем, к примеру, вы не преминули бы прийти на помощь… — Но вы же не приказали отвезти несчастных путешественниц к усадьбе господина Соболева, — возразила Лидия, улыбаясь, отчего на ее щеках возникли две очаровательные ямочки. — Хотя до имения Петра Афанасьевича был равен путь, что и сюда… Лиза с интересом прислушалась к этим словам, пытаясь понять, что в таком случае толкнуло Дмитриевского доставить женщин в свое имение. И даже испытала легкое разочарование, когда в разговор вмешался Василь: — Ах, милая Лидия Ивановна, — с легким смешком произнес он. — Вечно вы видите в mon cousin образчик добродетели и милосердия, смущая его тем самым донельзя! Чтобы доставить милых дам в усадьбу Петра Афанасьевича, пришлось бы изыскивать дополнительные сани, а Alexandrе ненавидит пустые хлопоты. Разве не прав я, mon cher? |