Книга Наследница в алых шелках, страница 74 – Мэдлин Хантер

— Конечно, нет. Но у меня и самой еще много планов. Я хочу увидеть фешенебельные лавки и дамские моды. Полагаю, никто здесь не говорит по-английски?

— Французы считают, что любой приличный человек выучит их язык.

— Как и поступают люди вашего сорта.

Он не просто говорил по-французски, он разговаривал так, словно выводил долгую, быструю, непрерывную и малопонятную мелодию.

— Я останусь тут совершенно беспомощной, верно? – Она сложила руки на груди, чтобы немного согреться. На западе садилось солнце, отбрасывая длинные тени. В Париже, казалось, было холоднее, чем в Лондоне. Когда ветер дул с севера, он обдавал их холодком.

— Я сопровожу вас, куда вам угодно, так что вы не заблудитесь.

Розамунда едва ли хотела, чтобы он ее сопровождал во время поисков Чарлза. Однако, если целый день побродить по городу, она, пожалуй, узнает достаточно, чтобы сказать в гостинице, куда ей надо, и попросить извозчика.

— Почему бы вам завтра не отправиться в Пале-Рояль? – предложил он. – Там дивные магазинчики, и вы хорошенько рассмотрите новейшие моды в саду. А теперь идемте, поужинаем. Я объясню, что и как есть.

Она согласилась и вернулась к себе. Разве еде нужны объяснения?

Мисс Джеймисон настаивала, чтобы они путешествовали каждый сам по себе, но, конечно, этого не случилось. Кевин об этом позаботился.

Наконец, его долгом джентльмена было благополучно доставить ее в Париж. Для этого лучше всего было ехать в одном с ней экипаже и присматривать за ней на почтовом корабле.

Теперь, учитывая ее незнание французского языка и здешних обычаев, он был обязан продолжать опекать ее.

Он мог бы что-то сказать, когда заметил, что управляющий в гостинице сделал неверные выводы касательно их отношений. Мог бы ясно заявить, что двое апартаментов необязательно должны быть расположены по соседству, поскольку мисс Джеймисон всего лишь подруга. Можно было это сделать, не говоря ни слова.

Но ему было удобнее не опровергать этих выводов.

Он появился у ее двери, одетый к ужину. Ее открыла камеристка, молодая хорошенькая брюнетка с черными кудрями и очень французским носиком. Шагнула в сторону, чтобы Кевин мог войти в гостиную. Розамунда ждала там.

Она выглядела восхитительно в лиловом вечернем наряде, в котором была у тети Агнес. Ее белокурую головку венчала крохотная шляпка с изящным пером. Лицо обрамляли вьющиеся локоны.

Он предложил ей руку.

— Я подумал, что, если вас устроит, мы нынче вечером поужинаем здесь, в гостинице.

Она кивнула, по пути вниз рассматривая лестницу и потолок.

— Сдается мне… Я думаю, что это будет не ужин в придорожной таверне.

— И не ужин у моей тетки, хотя в Лондоне есть повара-французы. Например, у Николаса.

— Неужели еда настолько отличается?

— Иногда. Но очень многое покажется вам знакомым.

Они сели за столик в ресторане. Розамунда разглядывала хрусталь, цветы и наконец остановила взгляд на разложенных перед нею приборах. Склонила голову набок и показала на один из них.

— А это что такое?

— Я скоро покажу.

Он не стремился выбить Розамунду из колеи, но решил, что ей не помешает познакомиться с чем-то новым. Поэтому заказал шампанское, и они посмеялись, когда пузырьки защипали у нее в носу. Велел подать креветки, и они ей понравились. Затем сказал, чтобы из кухни принесли улиток.