Книга Наследница в алых шелках, страница 108 – Мэдлин Хантер

— У меня нет ни малейшего намерения угрожать Кевину разрывом дружеских отношений. Он хочет жениться. Это простое и благородное дело. А сейчас – всего наилучшего.

С этими словами Николас направился к выходу. Кевин не стал терять времени и последовал за ним, не обращая внимания на мольбы тетки остаться, пока дело не будет улажено.

Стоя на улице, Николас с нетерпением ждал, пока ему подведут коня. Он то и дело поглядывал себе через плечо, словно ожидал, что вот-вот из дома выскочат сварливые гарпии и схватят его.

— Вот дьявольщина, – пробормотал он. – Мог бы и предупредить.

— Я вернулся только вчера вечером.

— Не стану тебе угрожать или призывать одуматься. Однако скажу, что мне было бы гораздо спокойнее, будь я уверен, что ты идешь на это не только ради ее доли в предприятии. – Николас искоса бросил на него вопросительный взгляд. – Еще мне было бы легче, если бы я знал, как работает твой разум и что ты умеешь отличать здравый смысл от минутного порыва. Поскольку я абсолютно ничего не знаю о твоем мыслительном процессе, кроме того, что он проходит не как у нормальных людей, я просто желаю тебе всего самого лучшего.

Подвели лошадь, и Николас поднялся в седло. Посмотрел на дом.

— Теперь жизнь там станет адом. Если захочется спокойствия, добро пожаловать в Уайтфорд-Хаус.

— Я погляжу, удовольствуется ли отец молчаливым неодобрением или же станет гоняться за мной по коридорам.

— Если уж он созвал высокое собрание, то, возможно, выбросит тебя на улицу. Я знаю, что ты наверняка оставался здесь только ради него, но после свадьбы тебе все равно придется съехать, так что можно сделать это уже сейчас.

— Я подумаю.

— Чейз сегодня приедет на ужин. Может быть, присоединишься к нам и все ему расскажешь, дабы он не узнал об этом от кого-то еще?

Кевин согласился. Ему в любом случае нужно было поговорить с Чейзом по другому делу. Тетя Агнес в своем негодовании сказала кое-что интересное, распалившее его любопытство так, как его следовало подхлестнуть еще несколько недель назад.

Мистер Сандерс размышлял над проблемой, которую перед ним поставила Розамунда. Он сидел за столом, сложив ладони пирамидой, хмурил лоб и напряженно думал. Она ждала его решения. В письме, посланном рано утром, она очень просила его о встрече и приехала после обеда, как только он ответил, что сможет ее принять.

Всю обратную дорогу из Франции она размышляла о браке, на который чуть не согласилась. Прежде чем отношения двинутся дальше, она хотела убедиться, что в самом деле сможет заключить соглашение, которого потребовала от Кевина.

— Брак – это договор, – наконец произнес мистер Сандерс. – Однако существуют традиции и законы, которые тоже играют свою роль. Замужняя женщина теряет значительную часть своей независимости и, так сказать, личностности. Например, вы уже не можете заключать контракты, если вы замужем. Ваши долги – на самом деле долги вашего мужа. И все в таком духе.

— Выходит, я не смогу этого сделать.

— В теории можно сделать что угодно. Один контракт может влиять на другой. Вы абсолютно уверены, что не хотите назвать мне имя этого джентльмена? Признаться, я переживаю. Вы совсем недавно вступили в наследство, и есть такие, кто мог бы…

— Сейчас мне бы не хотелось называть его имени. Просто хочется знать, могу ли я оставить наследство за собой, что бы там ни говорили традиции и законы.