Книга На осколках разбитых надежд, страница 303 – Марина Струк

— Зачем ты зробила это? — уже мягче произнесла Катерина и забрала ножницы из рук Лены на всякий случай. А потом вдруг стиснула Лену в крепком объятии своими сильными руками и держала, пока не почувствовала, что тело подруги хотя бы немного расслабилось. Пусть не было слез, но стало намного легче. И страх чуть ослабил хватку своих щупалец.

— Хочешь, я дапамогу. У меня есть час до вечоры, — предложила после Катерина. — Я не цырульник, але ровно отрезать смогу. Яшче немец твой не признает, коли приедет.

Лена хотела выглядеть некрасивой, обрезав косу, которой так гордилась раньше. Но получилось так, что новая прическа только подчеркнула черты ее лица.

— Вось! На бумажку накрутишь волосы, будешь як артистка, — улыбнулась ей Катя в отражении зеркала, когда закончила ровнять волосы Лены. А потом добавила, вмиг посерьезнев: — Тебя Войтек видеть хотел. Сходи до него, покуль немчура вечерает. А волосы собери и спали. Недобже волосы выбрасывать…

Войтек! Лена чуть ли не подпрыгнула на месте, впервые за все время вспомнив о поляке. Вот, кто ей нужен сейчас. Именно он.

Она быстро скрутила из волос узел, с острым сожалением отметив, каким тот стал небольшим, набросила на плечи кофту, но выйти никуда не успела. Только отворила дверь, как ее буквально сбил с ног в мощном порыве мужчина и прижал к себе в крепком объятии. На какие-то секунды Лене показалось, что это Рихард. Но тут же поняла, что это не он — не его руки, чужие. А потом и разум подсказал, что это поляк обнимает ее крепко. Потому поспешила отстраниться от него, уперев ладонь в грудь, когда он не пустил ее сразу от себя.

— Какая курва это сделала? — процедил сквозь зубы зло Войтек, больно цепляя ее подбородок, чтобы рассмотреть ссадины и синяк. — Тебя… тебя… Убью!

— Мне нужна твоя помощь, — прошептала Лена, ощущая, как садится голос, не давая ей произнести страшные слова. — Очень нужна. Этот… шупо… он мертв.

В голове тут же возникло воспоминание о том, с каким звуком опустился камень на голову немца. Лена тогда даже не поняла в первые минуты, что произошло, погруженная в странный туман шока и ужаса от происходящего. Просто раздался какой-то странный звук, а потом шупо отвлекся на кого-то в стороне, закричал зло, вскочив на ноги. Лена так и не разобрала слов. Пользуясь шансом, она постаралась отползти подальше от этого места и от шупо, прижимавшего к голове ладонь. Спастись от него. И только потом, набравшись смелости, оглянулась. Она заметила, что пальцы немца окрасились кровью, такой заметной на фоне короткого «ежика» его светлых волос. Слова, которые кричал немец, не сразу проникли в ее сознание, а словно по капле просачивались — по одному-два.

— Стервец… оторву… как еврей… сгноить, тварь…

— А вы… вы недостойны носить знак фюрера и нации! — выкрикнул тонкий голос, ломающийся от страха, и Лена перевела взгляд на его обладателя.

Маленький рыцарь Руди. Такой забавный в своей ярости. Словно коричневый воробей стоял смело перед вороном в серой форме.

— Маленькая паскуда! — шупо вдруг протянул руку, схватил Руди за ворот гитлерюгендской формы и стал трясти худенького мальчика как куклу. — Это ты позор нашей нации! За кого заступаешься? За русскую шлюху?

— Она не шлюха! Не шлюха! А вы!.. дерьмо свинячье! — смело бросил ему в лицо Руди, и шупо, недолго раздумывая, ударил его в лицо, ломая нос. Мальчик не устоял на ногах от этого удара и повалился на землю, но немец не оставил его в покое. Вытянув широкий ремень с тяжелой бляхой, он размахнулся и хлестнул Руди, оставляя широкую полосу на его лице и разбивая железом бляхи нос в кровь.