Книга Таинственный незнакомец, страница 148 – Лиза Клейпас

Уэст с сомнением посмотрел на оружие.

— Если эти идиоты начнут создавать проблемы, у меня целый сарай сельскохозяйственных орудий, которыми я и воспользуюсь. Тебе это нужнее, если собираешься выступить против Дженкина.

— Мы вооружены кое-чем посерьезнее огнестрельного оружия, – сказала Гаррет.

Уэст с притворным ужасом посмотрел на Этана.

— Неужели ложкой?

Тот с неохотой оценил шутку.

— Нет. Доктор Гибсон хочет сказать, что у нас на вооружении сила слова.

— Слова? – Уэст недоверчиво покачал головой и спрятал револьвер в карман. – Я всегда скептически относился к фразам типа «перо сильнее меча». Это верно в одном-единственном случае: если перо приделано к рукоятке кортика из немецкой стали.

— Слова напечатают в газете, – сказала Гаррет. – Мы едем в редакцию «Таймс».

— О, ну тогда все в порядке. «Таймс» сильнее любого пера, меча и всей королевской армии ее величества.

Уэст подал Гаррет руку, и она поднялась на откидную подножку. Теперь их глаза оказались на одном уровне. Гаррет улыбнулась Рэйвенелу с такой теплотой, что Этан ощутил укол ревности, однако тут же напомнил себе, что Уэст стал для нее другом и союзником в один из самых трудных периодов жизни.

— Вы, может быть, и не самый профессионально подготовленный помощник хирурга из тех, что у меня были, – обратилась она к Уэсту, – но зато самый любимый.

Поцеловав его в щеку, Гаррет поднялась в карету, а Уэст, заметив выражение лица Рэнсома, ухмыльнулся:

— Нет нужды метать в меня взглядом кинжалы. Как ни восхитительна доктор Гибсон, у нее нет задатков фермерской жены.

Этан вскинул брови.

— Ты собрался жениться?

Пожав плечами, Уэст признался:

— Ночи в деревне могут быть длинными и тихими. Если я встречу женщину, которая будет интересной собеседницей и достаточно привлекательной, чтобы уложить в постель, тогда… Да, я подумаю о женитьбе. – Немного помолчав, он добавил: – Будет еще лучше, если она окажется образованной и, как приятное дополнение, с чувством юмора. Рыжие волосы не обязательное условие, но у меня к ним фатальная слабость. – Губы Уэста скривились в усмешке. – Конечно, ей придется не обращать внимания на то, что еще три года назад я был развязным повесой. – И на его лице едва заметно промелькнуло выражение горечи, прежде чем он успел скрыть его.

— Кто она? – тихо спросил Этан.

— Никто. Воображаемая женщина. – Отведя глаза, Уэст носком сапога откинул камешек на обочину дороги. – Та, которая презирает меня.

Рэнсом посмотрел на него с удивлением и сочувствием.

— Постарайся изменить ее мнение.

— Это возможно, если только вернуться в прошлое и избить себя до потери пульса. – Уэст тряхнул головой, словно отгоняя ненужные мысли, и оценивающе взглянул на Этана. – Для поездки ты выглядишь неважно. Не слишком ли ты себя загоняешь?

— Время поджимает. – Этан потер ноющие мышцы шеи. – Я предпочел бы разобраться с Дженкиным как можно скорее. Чем дольше придется ждать, тем труднее будет это сделать.

— Ты его боишься? – тихо спросил Уэст. – Любой бы боялся.

Этан горько улыбнулся:

— Не в физическом смысле. Но… Я научился у него многому, чему не научился у отца. В нем есть то, что меня восхищает, даже сейчас. Он знает мои сильные и слабые места, и у него острый как бритва ум. Я даже не знаю, чего именно боюсь… Он может сказать несколько слов, и они убьют во мне что-то… каким-то образом все разрушат. – Оглянувшись на дом, Этан рассеянно провел рукой по затянувшейся на груди ране. – На рассвете я сходил еще раз посмотреть на портрет Эдмунда, – продолжил он задумчиво. – Проникающий из окна тусклый серебристый свет создавал впечатление, что фигура на картине парит передо мной в воздухе. Это напомнило мне ту сцену из «Гамлета»…