Книга Таинственный незнакомец, страница 127 – Лиза Клейпас

— Да, – угрюмо кивнул Этан и затих, перебирая пальцами пряди ее волос. – Насчет переливания крови… Изменится ли человек… его природа, его естество… если ему перельют чужую кровь?

Гаррет подняла голову и улыбнулась, словно хотела подбодрить.

— Этот вопрос до сих пор обсуждается среди ученых. Но нет, я в это не верю. Хоть кровь и жизненно важная жидкость, но никакого отношения к характеру личности не имеет, как, например, сердце не имеет отношения к эмоциям. – Она легонько побарабанила по его лбу кончиками пальцев. – Все, чем ты являешься, все, что ты думаешь и чувствуешь, заключено вот тут.

Этан был сбит с толку.

— Тогда что такое сердце?

— Всего лишь мышечный орган.

— Нет, это что-то более существенное, – возмутился Рэнсом, как ребенок, которому вдруг сказали, что Санта-Клауса не существует.

— Символически – да. Но эмоции рождаются не там.

— Нет, там, – не согласился с ней Этан и приложил ее ладонь к своей груди, где сильно билось сердце. – Любовь, которую я испытываю к тебе… Я чувствую ее как раз здесь. Мое сердце бьется быстрее, когда ты рядом, и болит, когда мы врозь.

Если у Гаррет еще и оставались какие-то защитные барьеры внутри, то теперь они рухнули, как строительные леса, открыв доступ к сердцу.

Кому нужны эти споры о психологии или лекции о влиянии сознания на мышечную активность? Она приподнялась и нежно поцеловала Этана.

Гаррет хотела лишь прикоснуться к его губам, но он воспользовался моментом и страстно ответил. Он продолжал прижимать ее руку к своей груди, и Гаррет вспомнила первую ночь в Эверсби: как она стояла у его кровати и ловила пальцами удары его сердца.

Сейчас он насыщался ею, пил ее, наслаждался ею, словно медом из сот. Так продолжалось несколько долгих минут, пока она не сообразила, что большое мускулистое тело Рэнсома готово к действиям, которые пока были ему противопоказаны. Когда Гаррет ощутила, насколько он возбужден, сознание отправило ей сигнал, который был принят, несмотря на чувственный туман. Она попыталась отстраниться, но руки, лежавшие у нее на бедрах, пригвоздили ее к месту. Задыхаясь, она тихо произнесла:

— Отпусти… Тебе больно держать меня.

— Ты легкая, как лепесток.

Тогда Гаррет решила выскользнуть из его объятий по-другому. Извиваясь, она стала сползать вниз, пока ее не пронзила дрожь. Она словно приросла к нему бедрами, не в силах пошевелиться. Нервы и мышцы напряглись. Гаррет была на грани взрыва и думала только об одном: «О, как мне хочется впустить его в себя!»

Она посмотрела на Этана и увидела, как в его глазах зажглись озорные веселые огоньки. Он совершенно точно знал, о чем она думала. Лицо Гаррет вспыхнуло от стыда.

Этан крепко стиснул ее ягодицы и двинул бедрами вверх, заставив ее ахнуть.

— Давай я помогу тебе, – шепотом предложил он.

— Ты мне поможешь, если будешь спокойно лежать!

У него хватило нахальства ответить:

— Мне осталось показать тебе еще сто восемнадцать позиций.

Освободившись, Гаррет осторожно слезла с него. Шпильки вылетели, волосы рассыпались по плечам.

— Нет! Вдруг еще испустишь дух во время показа.

— Сядь сюда. – Он похлопал себя по бедрам. – Мы кое-что исполним легко и неторопливо.

— Я переживаю не только из-за физических усилий. Проблема в твоем кровяном давлении. Две недели назад ты перенес операцию на сосудах, поэтому должен сохранять спокойствие и избегать физических нагрузок, пока не вылечишься полностью.