Книга Эпоха невинности. Итан Фром, страница 70 – Эдит Уортон

К счастью, узнанный как родственник, Арчер, несмотря на неожиданность своего появления, был удостоен сообщения, что графини Оленска нет дома, потому что она и миссис Вандерлиден ровно сорок пять минут как отправились к обедне.

«Мистер Вандерлиден, – продолжал дворецкий, – дома, сэр, но, мне кажется, что он либо еще дремлет, либо читает вчерашнюю «Ивнинг Пост». Я слышал, как утром, вернувшись с утренней службы, он сказал, что после ланча хочет просмотреть «Ивнинг Пост». Если вам угодно, сэр, я могу подойти к двери в библиотеку и прислушаться…»

Но Арчер, поблагодарив его, сказал, что лучше пойдет встретить дам, и дворецкий с видимым облегчением торжественно закрыл за ним дверь.

Грум отвез сани в конюшню, а Арчер побрел через парк к проезжей дороге. Деревня Скитерклифф находилась всего в полутора милях от усадьбы, но он знал, что миссис Вандерлиден никогда не ходит пешком и что ему следует выйти на дорогу, чтобы встретить экипаж. Однако, добравшись до скрещения тропы с дорогой, он вдруг увидел изящную фигуру в красном манто и с бегущей впереди нее большой собакой. Он поспешил навстречу, и мадам Оленска сразу же остановилась, приветствуя его улыбкой.

— А-а, вы приехали! – воскликнула она, вынимая руку из муфты.

Яркое красное манто придавало ей веселый вид и сходство с Эллен Мингот прежних лет, и, взяв ее руку в свои, он шутливо сказал:

— Вот, приехал узнать, отчего вы бежали.

Ее лицо омрачилось, и она ответила:

— Узнаете. Со временем.

Ответ озадачил его:

— Вы… хотите сказать, что вас настигли?

Она пожала плечами нетерпеливым движением, какое он видел у Настасии, и ответила уже не столь серьезно:

— Может, пойдем? А то я прямо застыла после этой проповеди. А потом – какая разница, если вы уже здесь, чтобы защитить меня?

Кровь бросилась ему в лицо, и он поймал край графининого манто.

— Эллен… что случилось? Вы должны мне все рассказать.

— Расскажу потом, а сейчас бежим! У меня ноги прямо к земле примерзают! – крикнула она и, подобрав полы манто, припустила прямо по снегу с собакой, скачущей вокруг с оглушительным лаем. Секунду Арчер стоял, любуясь этим алым пятном, мчащимся, как метеор, по снегу, потом он бросился ей вдогонку, и наконец они встретились, запыхавшиеся, хохочущие, возле калитки, ведущей в парк.

Она подняла на него глаза и улыбнулась:

— Я знала, что вы приедете!

— Значит, вы хотели, чтобы я приехал! – сказал он с радостью, далеко превосходящей смысл сказанных слов. Сверкание белого снега на деревьях таинственным образом словно добавляло радости во все вокруг, и, когда они шли по парку, земля, казалось, пела под его ногами.

— Откуда вы взялись? – спросила мадам Оленска.

Он объяснил, добавив:

— Это потому что я получил вашу записку.

Помолчав, она сказала с еле заметным холодком:

— Это Мэй попросила вас позаботиться обо мне.

— Меня не надо было просить.

— То есть вы хотите сказать, что и так видно, как я беспомощна и беззащитна. Какой же несчастной я должна казаться всем вам! Здешние женщины… они, наверно, такими себя не чувствуют, ни в чем таком не нуждаются, как блаженные в райских кущах!

— В чем «таком» они не нуждаются? – спросил он, понизив голос.

— Ах, не спрашивайте меня! Я не умею говорить на вашем языке! – капризно воскликнула она.