Книга Эпоха невинности. Итан Фром, страница 65 – Эдит Уортон

Какая же умница Мэй, какой всплеск любви к ней он ощутил, прочитав это письмо! Но брать его на вооружение и бросаться исполнять ее просьбу он вовсе не хотел – во‑первых, он был занят, а во‑вторых, ему, помолвленному, вовсе не улыбалось слишком открыто играть роль поклонника мадам Оленска. Он подозревал, что она умеет позаботиться о себе гораздо лучше, чем это представляется простодушной Мэй. У ее ног распластался Бофорт, над нею, как ангел-хранитель, кружит мистер Вандерлиден, а между ними, на средней дистанции, маячат многочисленные кандидаты (и Лоренс Лефертс в том числе), только и ждущие случая, чтобы приблизиться к ней, и все же, всякий раз видя ее или перекидываясь с ней одним-двумя словами, он не мог отделаться от чувства, что простота Мэй обернулась даже чем-то вроде прозорливости, и Эллен Оленска и вправду одинока и несчастна.

Уже в вестибюле Арчер наткнулся на своего приятеля Неда Уинсета, единственного из тех, кого Джейни называла «твоими умными людьми», с которым он любил иногда потолковать на темы немножко более глубокие, чем те, что обсуждаются в ходе обычной клубной или ресторанной болтовни.

Он и раньше заприметил в публике его сутулую, плохо одетую спину и сразу понял, что тот поглядывает в ложу Бофорта. Двое приятелей обменялись рукопожатием, и Уинсет предложил выпить по кружке пива в ближайшем немецком заведении. Но Арчер не был расположен к такого рода беседам, каких только и можно ожидать в подобных обстоятельствах, и отклонил предложение, сославшись на необходимость поработать дома, на что Уинсет сказал: «Ну, вообще-то, и у меня есть работа. Ладно. Тогда и я проявлю трудолюбие».

Им было по пути, и вскоре Уинсет сказал:

— Слушай, вот что мне действительно интересно, как имя той темненькой, что была с тобой в ложе? Она что, с Бофортами приехала? Ну, та, от которой твой дружок Лефертс вроде как без ума.

Арчер, непонятно почему, но почувствовал раздражение. На кой черт Неду Уинсету понадобилось знать имя Эллен Оленска? А вдобавок, какое она имеет отношение к Лефертсу? Такое любопытство Уинсету вовсе не свойственно, впрочем, вдруг пришло в голову Арчеру, он же журналист!

— Надеюсь, ты не интервью у нее желаешь брать? – шутливо спросил он.

— Нет, если только не для прессы, а для себя лично, – парировал Уинсет. – Дело в том, что она моя соседка, – странно, конечно, такой красотке селиться в моем районе. И она была очень внимательна к моему мальчику, когда он гонялся за котенком, упал и сильно поранился. Она выскочила с непокрытой головой, взяла его на руки, унесла, замечательно забинтовала коленку и была так красива и так полна сочувствия, что совершенно ошеломленная моя жена даже не спросила, как ее зовут.

Сердце Арчера переполнилось каким-то радостным и теплым чувством. В услышанном рассказе не было ничего особенного: каждая женщина сделала бы точно то же самое для соседского ребенка. Но в этом вся Эллен – выскочить с непокрытой головой, схватить ребенка, прийти на помощь и ошеломить бедную миссис Уинсет до такой степени, что та даже не спросила, кто она и как ее зовут!

— Это графиня Оленска, внучка старой миссис Мингот!

— Фью, графиня! – присвистнул Нед Уинсет. – Не знал, что графини так дружелюбны. Минготы особого дружелюбия не проявляют.