Книга Ожерелье княжны Гальшки, страница 72 – Александр Мартинович

Богатства ей нужны, чтобы красиво жить и подготовить надежное приданое дочке. Гальшка должна удачно выйти замуж, чтобы наследство не только не оказалось в чужих руках, но еще и приумножилось. Настоящая благодетель, в чем убеждена Беата, возможна только у тех, кто придерживается католической веры. Для достижения поставленной цели она постепенно даже начала забывать о собственных увеселениях, превратившись в Остроге в добровольную затворницу.

Поэтому и зябко на душе у Беаты, что она одинока среди людей. И только одна Гальшка еще может по-настоящему вызвать у нее интерес к жизни. Она появляется в этот момент, когда княгиня, сидя у камина, чувствует себя особенно одиноко. Влетает в комнату прямо со двора. С мороза. И сама, кажется, дышит этим морозом. Когда бросилась в объятья, Беата даже отшатнулась:

— Дитя мое, где же ты пропадала?!

Смеется княжна:

— Где еще можно, мама?

— Неужели опять с обрыва съезжала?

— С обрыва, мама! — в глазах дочери столько непосредственности и восторга, будто собирается повторить это.

— И не стыдно тебе?

— А чего стыдиться? — изумилась она искренне, по-детски.

— Ты уже не ребенок!

— Мне скоро только четырнадцать исполнится.

Беата согласна, что не так это и много, но начали доходить до нее слухи, что Гальшкой уже интересуются женихи.

— Поговаривают, что скоро сватов следует ожидать.

— А мы им от ворот поворот, — дочь взобралась к матери на колени. — Правда, мама?

— Вот ведь ты какая!

— Какая есть!

Хорошо княгине с дочерью. Особенно в такие минуты, когда они находят между собой взаимопонимание. И от этого в душе уже не так зябко.

Слухи о том, что Гальшкой заинтересовались женихи, имели под собой основание. И убедил Беату в этом именно отец Антонио. О том, что он сообщит ей нечто важное, княгиня начала догадываться после того, как ее духовный наставник снова начал регулярно наведываться. Более того, даже извинился за долгое отсутствие:

— Дела Господние, княгиня, не терпят суеты, — сказал он оправдываясь.

Острожская, которой поведение отца Антонио в последнее время не нравилось, съязвила:

— А мне кажется, что у святого отца много других дел.

Римский посланник от неожиданности сразу не нашелся что ответить. «Догадывается, обо всем догадывается, — от этой мысли на него словно ушат воды вылили. — Еще, чего доброго, папе сообщит, — но быстро совладал с собой, успокоился. — При всей эксцентричности своего поведения, она не такая глупая, чтобы пойти на такое». Невинно посмотрел Беате в глаза:

— У каждого из нас есть разные дела, но дела Господние должны быть на первом плане.

Однако Беата не собиралась отступать:

— А если полезное совместить с приятным? — изучающего посмотрела на отца Антонио.

— Святым Езусом и Пресвятой Девой Марией клянусь: не для меня все это, — заверил он.

По тому, как это было произнесено, — отец Антоний готов был на колени упасть, доказывая свою невиновность, — княгиня окончательно убедилась, что ее духовный наставник греховен. Но решила больше не затрагивать эту тему:

— Я думаю, святой отец, не для того мы собрались, чтобы сомневаться в том, в чем сомневаться не нужно.

У Чеккино отлегло на сердце:

— Я с важным сообщением! — его глаза при этом заволокла печаль.

Беата поняла, что он собирается поведать нечто такое, что не может ее не заинтересовать. Но постаралась не выдать своего волнения: