Книга Тайна тевтонского замка, страница 89 – Нина Левина

— Ты ещё не рассказал мне в подробностях о разговоре с Полем, — сказала Маша, садясь напротив Готтлиба.

— Я пытался, но кое-кто заснул, — улыбнулся он.

— Потому что ты специально усыплял меня своим тихим бормотанием.

— Извини, в следующий раз постараюсь кричать на ухо.

— А вот этого не надо, — рассмеялась женщина. — Предлагаю пойти в кафе позавтракать и там обо всём поговорить. Бери записи фон Мирбаха — попробуем в них разобраться.

— Я бы хотел сначала в душ.

— Ой, прости, не подумала! Конечно, иди! А я пока позвоню Александру. Хоть он и не нравится Брауну, но мы договаривались действовать сообща. А ещё он обещал нам экскурсию по городу.

Готтлиб скрылся за дверью ванной, а Маша набрала знакомый номер. Александр не отвечал. «Наверное, ещё спит по обыкновению, — подумала женщина. — Ну и хорошо. Спокойно обсудим всё с Готтлибом наедине». Она взяла в руки блокнот и бегло просмотрела его. «Ну и почерк!» — покачала она головой, изучая слова, написанные вкривь и вкось. Для фон Мирбаха не существовало чётких горизонтальных линий — он писал так, как велело ему воображение. Короткие фразы на страницах располагались в беспорядке — с наклоном вправо и влево, по диагонали, вверх ногами и по бокам страниц. Буквы были разных размеров — от крохотных, едва различимых, до огромных, на полстраницы с крутыми пиками и резкими впадинами. Иногда проскальзывало большое, круглое «о», которому автор записей придавал вид человеческого лица — добавлял глаза, нос и губы с маленькими характерными усиками над ними. А все буквы «т» неизменно имели вид ключей.

— Ну как? Поняла что-нибудь? — спросил Готтлиб, выходя из ванной.

— О да! — Маша улыбнулась. — Только то, что у человека, делавшего записи, с головой было не в порядке. Эх, выучить бы ещё немецкий! А так я узнала только несколько «я» — «ich», и вот это слово встречается дважды или трижды — большое разрисованное «О», а потом «stroff».

— Остров, — произнёс Готтлиб. — Странно, ведь на немецком остров пишется «die Insel».

— По-моему, в этом блокноте много странного. Разве нет? — Маша взяла Готтлиба под руку. — Идём завтракать?

По рекомендации портье, они расположились в закусочной через дорогу. Несмотря на неприхотливый интерьер, сосиски здесь подавали отменные, а картофельное пюре прекрасно дополняла тушёная капуста с пикантным вкусом. Лишь перейдя к яблочному пирогу с кофе, Маша с Готтлибом снова принялись за изучение записей фон Мирбаха.

— Ты читай всё подряд и переводи, — предложила Маша, — а я буду записывать. Потом систематизируем.

— Легко сказать — всё подряд, — проговорил Готтлиб, переворачивая блокнот вверх ногами. — Старик писал как придётся. Даже не знаю, с чего начать. Видно, что писалось всё в разное время, чернила отличаются по цвету, некоторые слова написаны поверх старых.

— Начинай с любой фразы. Просто читай, что видишь.

— Ладно, — кивнул мужчина и принялся переводить: — «Смешно, рыболовная блесна. Говорит, щука хорошо берёт. Он и не догадался. Ягайло разозлился и отдал ключнице. Хорошая женщина, умница. Переехала, детей нет. Кто и зачем? Я не дождусь, но не страшно. Странный человек, но глупый. Жаль, что умер. Остров. Она там живёт. Не отпустят, гуляю здесь. Поль, бедный мальчик, но хороший, хороший. Вот! Кажется, нашёл. Я знаю, но нет уверенности. И этот тоже. Ключница хорошая, хозяйственная. Сколько же их? Как узнать? А литовец хитёр. Остров — это точно! Поль не поедет, не верит. И ещё один! Но главного нет. Как проверить? Где же?»