Книга Амазонка бросает вызов, страница 215 – Юлия Чеснокова

— Поосторожнее с выводами, — поджал губы Хосок, — меня трудно разозлить, но обвинений в предательстве я не потерплю.

— Я не обвинял, я просто сказал, что твой выбор всегда нарушает устоявшиеся правила… — понурил голову Намджун.

— А вообще, — с иронией хмыкнул Чонгук, — эта подсадная утка мутит воду ещё со времён две тысячи двенадцатого года, когда мы, как стадо юных барашков, вошли в Лог, веря в то, что никогда оттуда не выйдем и сокрушаясь, что попали в ад на земле. А он, тем временем, всё знал, и водил нас за нос с мастерами с настоятелем.

Ёндже грациозно поднялся и, поправив хлопковую светлую рубашку над ремнём, указал рукой на дверь:

— Если кто-то здесь не доверяет кому-то, или не готов положиться на постановления Хосока, выход не заперт. В золотых никогда не было и не будет крысятничества и склок. Видел бы это Ёнгук — плюнул бы каждому в лицо лично. Хоуп мой друг детства, как и Ёнгука с Дэхёном. Мы вместе выросли, он пошёл за дело золотых против отца и вывез на себе столько, сколько все мы вместе взятые. За Джинни Эвру лицо тоже бил он, а недавно его чуть не прикончил наёмник с Утёса. Я против женщин в золотых, но я принимаю решение Хосока, и постараюсь найти себе применение в этих изменениях, возможно, я смогу чем-то помочь и приспособлюсь к нововведениям. Вы же, господа хранители традиций, можете объединиться в кружок по интересам и копаться в собственной песочнице. Даю десять секунд для ухода всем, кто не примет приказа Хосока. — Ёндже согнул руку и уставился на стрелку наручных часов на запястье.

Оглушающая тишина накрыла квартиру. Казалось, каждый боялся сделать даже вдох, явственно ощущая неуловимое тиканье часов Ёндже. Все мысленно считали до десяти, не двигаясь. Когда время истекло, Химик опустился обратно, поправив на бедрах брюки, чтобы не замялись.

— Итак, как будем планировать обучение Чонён? — безмятежно спросил он.

— Чжихё мне не простит, — пробормотал сдавшийся Намджун, — что я ей скажу? Что втянул сестру в банду, и та теперь ежедневно под огнём, с угрозой для жизни где-то носится?

— Ну, до этого ещё очень далеко, — успокоил Чимин, — ей нужно пройти подготовку в Логе, и окончить школу. А это не раньше следующего февраля. Но зато, если удастся уговорить её уехать на Каясан на каникулы, нам не придётся беспокоиться о её безопасности! И мы оторвём её от Чжунэ. Мон, в этом больше плюсов, чем минусов.

— А Чжихё не говори ничего, — порекомендовал Юнги, — тем более, если она в положении, зачем волновать?

— Я хотел рассказать ей о золотых, посвятить во все дела, чтоб секретов между нами не было, но теперь не могу, иначе она сразу поймёт, куда девается Чонён, и чем она занимается.

— Мистер Искренность, — со скукой обратился к нему Ёндже, — отсутствие тайн в семейной жизни совсем не то, что гарантирует её укрепление. Я вот не думаю, что хочу знать всё, что было до меня у Айли, у меня фугасность аммонала зашкалит, и накручу себе ненужных мыслей.

— Ты умеешь злиться? — удивился Шуга.

— A casu ad casum^[39]. Я, как и все, всего лишь набор элементов, которые входят в соединения и дают реакцию.

Противоестественное с точки зрения Чонгука решение всё же было принято и он, склонившись перед волей главы сеульских золотых и осознавая, что ему в скором будущем, вполне возможно, придётся делить тяготы заданий с Чонён, ломал себе голову, как не злиться на это, как убедить самого себя, что так надо? Не отдохнувший ещё с дороги, он прибыл в «Пятницу», но поскольку появился в ней не через главный вход, а изнутри, с помощью подземных тоннелей, миновал администраторскую стойку, поднявшись на лифте сразу на этаж с номерами. Если попадётся какая-нибудь свободная девочка — заглянет к ней, если нет, то дойдёт до кабинета, где теперь заведовала делами госпожа Хан.