Онлайн книга «Полтора метра счастья»
|
— Но недотрах тебя точно не радует, - пошлостью уничтожила братову патетику Наташа. Дэн замучено улыбнулся. — А кого бы он порадовал, скажи мне? У нас это генетическое. У тебя при муже любовников десять, бате шесть десятков, а он всё по бабам скачет. Чего от меня приходится ждать? — Если ты изменишь Рин – я тебя не прощу, - заметила я. — Если он изменит Рин, и никто об этом не узнает, то какая нахрен разница? – скептично заметила Наташа. — А если бы тебе муж изменил? — А может и изменил, - бросив бычок в пепельницу, женщина улыбнулась, - но я же об этом не знаю. - Я сжала сильнее руку Химчана в своей. Иногда бывали моменты, когда я признавала, что не знаю правильных решений. Примечания: * «Самуэль Адамс» - марка американского пива ** Лаборатория в Колд Спринг Харбор — частная некоммерческая организация, занимающаяся исследованиями в области онкологии, нейробиологии, генетики растений, геномики и биоинформатики. Новый год Наташа пробыла у брата недолго, и уехала ещё двадцать восьмого числа. Родители Херин тридцатого перебрались к Химчану и Шилле, уехавшим на недельный отпуск, и взяли на себя заботу о коте и собаке. Но Новый год они всё равно встретили с дочерью, её мужем и детьми, после чего, едва перевалило за полночь, собрались и попросили вызвать им такси. Дэниэл оделся и пошёл провожать тёщу с тестем. Посадив их в традиционный жёлтый нью-йоркский транспорт, адвокат закурил, глядя, как падает медленно с неба редкий снег, поблескивая недолговечным серебром. В распахнутом длинном пальто, задрав голову, он простоял так, пока сигарета не истлела до самого фильтра. Гуляния в городе были в самом разгаре, Манхэттен пел, плясал, праздновал, пил и купался в раздолье, отмечающие и празднующие проходили, смеясь и хохоча, вдоль домов и машин, толкаясь на узких для такого случая тротуарах. Дэниэл не мог сказать, что совсем не разделял общего веселья, но на душе было другое настроение. Впервые за много лет у него был такой спокойный и малолюдный Новый год. И впервые он не мог исполнить главного желания своей любимой женщины. Он перестал быть её волшебником, всемогущим защитником, а ничего более позорного для себя Дэниэл и представить не мог. Как такое случилось, что Рин не может на него во всём положиться, и её невысыхающие из-за Сандры слёзы, которые она умудряется прятать и не показывать, никак не останавливаются, потому что он бессилен? Он не может помочь. Ни жене, ни дочери, а соответственно и себе. Окурок отлетел в урну, стукнувшись о металлическую стенку и брызнув внутри фонтаном оранжевых искр. Поднявшись обратно, Дэниэл нашёл свет выключенным везде, кроме прихожей и детской. Посуда была составлена в раковине на кухне. Потушив лампу в прихожей, разувшись и умывшись, мужчина подкрался к порогу комнаты, манившей его, как маячок. Сандра спала в колыбельке, Бомми в своей кроватке, Херин, в велюровой лиловой пижаме, накрывшись пледом, только-только легла на диван, но её сомкнутые усталые веки показывали, что она уже на подходе ко сну. Дэниэл стоял и не мог сдвинуться, любуясь своими любимыми девчонками. Кто-то мечтал о сыновьях, возможно, но ему было так тепло, так сладко в своей семье, если бы всё не омрачало здоровье Сандры. Но это не вина ребёнка, это вообще ничья вина, а если кто-то и ответственен, то только он – Дэниэл, это ему пришло в голову так быстро завести второго ребёнка, не дав организму Херин набраться достаточного количества сил. |