Книга Месть старухи, страница 80 – Константин Волошин

— Вы правы! Особенно такой молодой, как донья Габриэла. Я вас хорошо понимаю. У меня жена умерла уже давно, и бес, вселившийся в меня, частенько дёргает меня за хвост, ха-ха! Но тут у меня проще, дон Висенте. У меня есть рабыня, и сменить её не составляет труда.

Габриэла в сопровождении раба сеньора Баррамеда колесила по коротким зелёным улочкам городка и спрашивала чуть ли не через дом о девочке-мулатке с негром и негритянкой, что поселились в этом городке.

Несколько часов оказались бесплодными. Никто не мог навести на след девчонки, и у Габриэлы закипала кровь от неудовлетворённости.

Ночью она была холодна, не в силах справиться с неудачей. Но дон Висенте и так был на седьмом небе. Габриэла знала, что этот испанец был не из любителей пофлиртовать с женщинами. Была уверена, что он не обладал достаточным опытом, живя с одной супругой. Поэтому не утруждала себя изощрёнными способами восхитить мужчину. Да и сам её опыт был слишком недостаточным для этого.

— Ты чем-то недовольна, моя голубка? Это я виновен?

— Нет, дорогой! Совсем другое. Пустое, не обращайте внимания, дон Висенте! Это завтра же пройдёт бесследно.

— Ты не представляешь, сколько восхитительных минут ты мне доставила, Габи! я с ужасом думаю, что это может закончиться когда-нибудь!

— Разве так необходимо заканчивать? — приподнялась она на локте.

— Что ты! Это мои страхи, Габи! Хотя я не представляю, как можно продолжать всё это, когда мы вернёмся домой?

— Не забывайте, что запретный плод намного слаще! Это приключение, волнение, страх быть застигнутым! Всё это придаёт определённый привкус! Он так влечёт меня! Однажды мы в присутствии мер… — Она осеклась и замолчала.

— Я не расслышал, что ты сказала, Габи, милая моя сладкая ласточка!

— Не стоит вам это слышать, дон Висенте. Это не для ваших ушей.

— Перестань называть меня доном, Габи! Это меня коробит!

— Нет, я на это не пойду! Мы должны скрывать свои отношения, и я не хочу пойматься на привычке говорить вам «ты». И не просите!

Три дня прошли. Габриэла никого не нашла в этом горном городке и е раздражением в груди отправилась дальше. Через три дня к вечеру прибыли в Понсе. Они остановились лишь для того, чтобы выпить холодного пива и погнали мулов дальше. Ещё час пути — и перед глазами Габриэлы предстали до боли знакомые очертания родной усадьбы. Их никто не встречал, она решила не предупреждать о своём приезде.

Дон Рассио, несколько озадаченный, с удивлением пожимал руку дону Висенте.

— Прошу извинить нас, дон Висенте, но матушка больна и не может выйти к вам. Если хотите, можно пройти к ней.

— Да, конечно, дон Рассио! Я за этим и приехал. Посчитал неприличным до сих пор не познакомиться с сеньорой. Идёмте же!

В спальне сеньоры де Риосеко было душно, пахло затхлостью и болезнью.

Сеньора встретила дона Висенте и дочь весьма спокойно, если не сказать равнодушно. Болезнь сделала её безразличной ко всему кроме своих недугов.

— Хватит, дон Висенте, — молвил Рассио, поняв, что и мать, и гости достаточно утомились в гнетущей и мрачной атмосфере. — Мама устала. Идите, вам помогут умыться, а я постараюсь угостить вас приличным ужином.

Уже перед отходом ко сну, когда цикады безумствовали в кустах, а сами кусты, благоухая цветами, возбуждали воображение, Габриэла предложила: