Книга Дачники. Любовь, дружба, семейные тайны, летние романы и комары – в рассказах современных писателей, страница 61 – Алексей Варламов, Владимир Березин, Елена Колина, и др.

— Я так и думал! Фамилия та же. Чёрт! – Егор помотал головой.

— Ага. “Элементарно, Ватсон!” Почему ты не сказал мне?

— Я надеялся, что вы однофамильцы. Поздняковых знаешь сколько в России? Под тридцать тысяч. Я в интернете смотрел… Ну и ладно. Ну и ничего, не в том дело.

— Не в том, конечно не в том! – покивала Варя. – Но всё-таки. Почему ты ни слова не сказал? “Вот, покупаю дачу у внука профессора Позднякова”. Что-то вроде. Почему?

— Я был уверен, что ты не имеешь к нему никакого отношения. Поздняковых много, при чём здесь ты? А этот профессор – жуткий тип. Я его ненавидел. Злобный, мелкий, при этом сладенький такой. Моральный садист. И полное ничтожество в науке, хотя это неважно, конечно, это к делу не относится. Заставлял меня окапывать смородину. Воду таскать. Тебя заставлял?

— Нет.

— Конечно, ты же девочка. А на мне они верхом ездили. Он и тётя Лида. Покрась, прибей, старую помойку закопай, новую вырой, в магазин съезди, а велик там только детский, “Орлёнок”, дико неудобно, да ещё на руле кошёлка. Но не в этом дело. Он всё время грязные намёки мне делал…

— Извращенец? – изумилась Варя.

— Тьфу! – Егор махнул рукой. – При чём тут? Совсем другое. Я ведь рос без отца. Отца вообще не было в моей жизни. Я тебе сто раз рассказывал. А моя мама – она была падчерицей Натальи Ивановны Лопухиной, ближайшей подруги тёти Лиды. Жены твоего профессора.

— Нашего профессора! – тут же поправила Варя.

— В общем, тётя Лида как бы присматривала за моей мамой. И брала меня на дачу. Отдохнуть перед институтом. Набраться сил на свежем воздухе! То есть вдоволь покопать землю в саду. Строго в августе.

Егор вдруг замолчал, глядя в одну точку.

— Ну и… – поторопила его Варя.

— Что?

— Где же грязные намёки?

— Да. Профессор всё время мне намекал, что у него с моей мамой какие-то очень особые отношения. Всё время какие-то почти постельные подробности. Ласковые ручки, девичья талия, нежный пушистый затылок. Представляешь себе? И мне всё время: “Ах, милый мой мальчик”. Ясно, на что он намекал? Доконал меня. Он врал бессовестно. Я точно знаю. Я всё-таки допросил маму. Кто был мой отец на самом деле? Смешно и шаблонно: тренер по танцам. Я нашёл своего сводного брата. В смысле, единокровного. Работает в автосервисе. Встретились, выпили, поняли друг друга. ДНК, и делу конец.

— Почему ты мне ничего не рассказывал?

— А для чего? Зачем засорять наши отношения? Ты мне лучше скажи, зачем профессор меня доканывал этими намёками?

— А вдруг он на самом деле в это верил? Почему? – Варя пожала плечами. – Всё просто. Старый фантазёр. Тётя Лида та ещё калоша. Родной сын смылся в Израиль. Хотел придумать себе что-то вот этакое. Романтическое.

— Кстати, насчёт сына. Он мне, этак якобы в порыве откровенности, говорил: “Советскую карьеру мне сын сломал, в перестроечные времена я никому не нужен, совок я стопроцентный, хи-хи, а тут на днях получаю письмо – дескать, папочка, прости меня за всё, давай сделаем воссоединение семьи, приезжай ко мне в Землю обетованную, я вас с мамой обеспечу…”

— Ого! – сказала Варя. – Мне он ничего такого не рассказывал.

— Да тебе было двенадцать лет! А я уже студент третьего курса. Вот… Я ему говорю: “Владимир Васильевич, а ведь и в самом деле, а? Почему бы и нет?” А он мне отвечает: “Да всё понятно. Но здесь я выйду на веранду, спущусь с крылечка, а вдоль забора красная смородина растёт…” Лицемер или идиот. Родина-смородина.