Книга Великолепная Софи, страница 5 – Джорджетт Хейер

— О да, – согласилась леди Омберсли. – И я убеждена, из них выйдет отличная пара. Он во всем образец любезности и обязательности, у него манеры настоящего джентльмена, он решительно отзывчив и внимателен, да и внешне очень хорош.

Сэр Гораций, не слишком заинтересованный делами своей племянницы, поспешил завершить тему:

— Вот и прекрасно, в общем, он образец совершенства, и мы должны позволить Сесилии думать, как ей повезло вступить в подобный союз. Надеюсь, тебе удастся столь же красиво завершить дело и для Софи.

— Право, и мне бы этого хотелось, – вздохнув, согласилась его сестра. – Только вот есть одно затруднение… видишь ли, боюсь, Чарльзу это может не понравиться.

Сэр Гораций нахмурился, с усилием напрягая память.

— Мне казалось, твоего мужа зовут Бернард. А почему ему это должно не понравиться?

— Я не говорю об Омберсли, Гораций. Разве ты не помнишь Чарльза?

— Если речь идет о твоем старшем сыне, естественно, я его помню! Но зачем вообще надо о чем-то спрашивать Чарльза, и какого дьявола твоему сыну взбредет в голову возражать против моей Софи?

— Ох нет, не против нее! Не сомневаюсь, он не станет против нее возражать. Но боюсь, именно сейчас ему не понравится, если нам придется погрузиться в светские развлечения. Осмелюсь заметить, ты, скорее всего, не читал в газете объявления о теперь уже скором браке, и тогда мне следует сообщить тебе. Он обручен с мисс Уорэкстон.

— Неужели с дочерью старины Бринклоу? Честное слово, Лиззи, ты не зря старалась! Никогда бы не подумал, будто у тебя столько смекалки. Вот уж, право слово, подходящая партия! Тебя есть с чем поздравить!

— Да, – сказала леди Омберсли. – О да! Мисс Уорэкстон – превосходная девушка. Никто не сомневается, у нее сотня редкостных достоинств. А ее великолепные знания и ее принципы достойны всяческого уважения.

— Твое описание навеяло на меня смертельную тоску, – не стал лукавить сэр Гораций.

— Чарльза, – пояснила леди Омберсли, мрачно глядя на огонь, – совсем не интересуют слишком жизнерадостные девушки, и… и он не питает склонности к… сумасбродным выходкам. Признаться, мне бы хотелось, чтобы в мисс Уорэкстон оказалось больше… живости, но ты не должен принимать это во внимание, Гораций, ты ведь знаешь, у меня никогда не возникало ни малейшего интереса к учебе, и сама я росла далеко не синим чулком, но в наши дни, когда столько молодых женщин слишком уж распущены, радостно найти столь… – Тут она, поспешно скомкав фразу, завершила свою речь: – Чарльз считает, мисс Уорэкстон очень идет серьезное выражение лица!

— Знаешь, Лиззи, это даже подозрительно, что твой с Омберсли сын мог вырасти в подобного моралиста, – невозмутимо произнес сэр Гораций. – Полагаю, ты все же не обманывала Омберсли, а?

— Гораций!

— Знаю, знаю, конечно нет! Тебе не стоит так кипятиться. Уж, по крайней мере, не старший, тебе ли не знать! Однако если задуматься, это достойно удивления. Ладно, пусть себе женится на своей педантке, флаг ему в руки, ничего не имею против, но это ни в коей мере не объясняет, почему тебя должно беспокоить, что ему нравится, а что – нет.

Леди Омберсли оторвала задумчивый взгляд от пылающих поленьев и посмотрела на брата.

— Ты не совсем понимаешь, Гораций.

— И я про то же говорю!

— Да, но… Ах, Гораций, Мэтью Ривенхолл оставил все свое состояние Чарльзу!