Книга Яд Версаля-2, страница 15 – Эрика Грин, Silver Wolf

— Этель, девочка моя, да когда же закончится эта трясучка?! — голос Дюлери, давно вошедшего в роль «дядюшки Жака», отчаянно дрожал и отвлекал меня от мыслей об Эжене. Уже которую неделю бедняга мучился от морской болезни. Он ходил по палубе строго вдоль борта корабля, шатаясь от головокружения, чтобы не бегать далеко, когда его одолеет очередной приступ рвоты. «Дядюшка Жак» за время, проведённое в море, заметно похудел и казался бледным, даже несмотря на загар. Мне же повезло: молодой организм переносил качку легко, поэтому я стремилась пройтись по палубе всякий раз, когда не было сил сидеть в тесной и душной каюте. Чтобы нещадное солнце не опалило лицо, я раскрывала небольшой зонтик, который, вероятно, выглядел нелепо на военном корабле. Капитан де Шеврез, взявший за привычку сопровождать меня в этих моих «прогулках», пошутил, что если бы не зонтик, то из меня получился бы бравый морской волк.

— Скорее уж, волчица, капитан, — парировала я, слабо представляя себя в таком качестве. Поведение капитана меня смущало. Мне хотелось побыть в одиночестве, стоять у борта корабля и, глядя в синеву океана, размышлять, вспоминать, мечтать… Но делать это не представлялось возможным в обществе де Шевреза, да ещё и «дядюшки Жака», который, пошатываясь, унылой тенью плёлся за нами, блюдя мою честь.

На смуглом лице де Шевреза мелькнула неожиданно белозубая улыбка. Я впервые видела, чтобы капитан улыбался. Обычно он мрачно прикрикивал на матросов и что-то ворчал в разговорах с боцманом.

— Нет, Этель, вы не волчица, — он на мгновение задумался, повернув свой точёный иберийский профиль в сторону океана, разглядывая что-то вдали. — Скорее, вас можно сравнить с альбатросом.

— С этим кораблём? — искренне удивилась я столь странной ассоциации.

— Нет, Этель, я говорю о птице, в честь которой назван наш корабль, — де Шеврез повернулся ко мне, и в его чёрных глазах я заметила алый отблеск заката. — У неё огромные крылья, размах их так велик, что позволяет ей развивать большую скорость и преодолевать огромные расстояния. Кажется, что она не машет крыльями и летит вслед за кораблём, а парит над волнами. И это производит завораживающее впечатление, — он помолчал, словно решаясь на что-то. — Как и вы.

Я не знала, как реагировать на неожиданный комплимент, и просто опустила голову, чтобы в тени зонтика скрыть своё смущение.

— И вы такая же бесстрашная странница, как эта невероятная птица, которая преодолевает тысячи лье ради своей цели, — продолжал капитан, и в его голосе мне послышалась неподдельная нежность.

Капитан де Шеврез был достаточно молод и слишком красив, чтобы принимать его комплименты с безразличием. Его длинные чёрные локоны спутались на ветру, и он время от времени отбрасывал их назад лёгким движением руки с неожиданной грациозностью.

— Мы плывём, чтобы найти нашего … хм… племянника Эжена, — раздался слабый, неуверенный голос Дюлери, вцепившегося в борт ладонями и прислушивающегося к разговору. — Этель так сильно к нему привязана с самого раннего детства, что не могла усидеть на месте, ничего не зная о его судьбе. В голосе мнимого дядюшки мне почудилась лёгкая язвительность. Хотя в его состоянии он вряд ли был способен на сарказм, потому что тут же отбежал от нас, следуя за очередным позывом измученного морской болезнью организма. Я даже не успела окоротить его суровым взглядом. Впрочем, я же сама согласилась на роль племянницы.